в Иркутске 07:06, Ноя. 14:t -21°C

Мунку-Сардык – 99

Автор:Павел Воробьев()
Опубликовано:25.12.2003
Ключевые слова: горы, Мунку-Сардык, граница
Гора Мунку-Сардык

На майские праздники в район Восточного Саяна всегда было паломничество туристов. Так уж повелось с незапамятных времен. В 80-ых годах добраться туда было очень не просто, тем не менее, выезд 200 человек был не редкостью. После строительства автодороги в 92-93 годах до Самарты (постарались золотодобытчики), добраться до стрелки Белого и Черного Иркута можно даже на легковом автомобиле. Поэтому неудивительно, что в мае 1999 года в этот район устремилось более 500 человек, примерно на 170 автомобилях.

Наши старые друзья, назову их просто Олег и Наташа, не имеют личного автомобиля и поэтому с радостью согласились на мое предложение взять их с собой. После непродолжительных сборов я, моя жена и мой младший брат Макс подготовили все снаряжение не только на себя, но и на Олега с Наташей. Кроме этого в нашу компанию еще входила семья Марины и Николая.

И вот, наконец, 1 мая караван из трех легковых машин выезжает из Иркутска. В районе села "Смоленщина" мы стали свидетелями последствий страшной автомобильной аварии: "волга" врезалась в "Газ", груженый навозом. В результате столкновения "волга" целиком заехала под грузовик. Как выяснилось позднее, водитель и пассажир "волги" погибли. Водитель грузовика не смог уклониться от "волги", даже выехав на свою обочину. Понятно, что вид такой аварии несколько омрачил наше настроение, тем не менее, мы благополучно добрались до Култука.

Прекрасная погода, вид Байкала со смотровой площадки, пиво и омуль горячего копчения сделали свое дело. Общее настроение нашей команды, состоящей из взрослых (7 человек) и детей (5 человек), заметно изменилось к лучшему.

Следующая остановка на автозаправке села "Кырен". Удивленная таким количеством автомашин из города, автозаправщица интересуется конечной целью нашего путешествия. И вот Монды. Нас останавливает вооруженный пограничник. До границы оказывается не более 10 км. Необходимо оформить пропуск в пограничную зону. Оказывается, пропуск оформляет очень приветливый подполковник прямо здесь, на месте. Со страхом вспоминаем старые советские времена. Тогда оформить пропуск в Монды было равносильно получению загранпаспорта. Пограничник лично беседует с каждым руководителем группы и аккуратно ведет подсчет всех въезжающих в приграничную зону. Как потом оказалась, этот порядок совсем не зря.

Около моста через реку Бугувек находится пост Окинского района. Полупьяные гаишники проверяют эти пропуска и проводят нравоучения по правилам дорожного движения. Оказывается, около их поста ОБЯЗАТЕЛЬНО перед остановкой надо показать правый поворот. Всех желающих что-то доказать или их переспорить – штрафуют.

Как выяснилось, только стоит с ними согласиться – отпускают с миром и желают счастливого пути. Далее всего 500 метров, и мы на берегу Белого Иркута разбиваем лагерь. Много знакомых туристов и альпинистов уже устроились. Некоторые бросают здесь машины и пешком по льду реки уходят наверх. Конечно, с детьми народ, как правило становится лагерем рядом с машиной.

Заготовлены дрова на три дня, поставлены палатки, сделан импровизированный стол, длинная дорога позади, подготовлено снаряжение на завтра. Самое время выпить & закусить. Вечером по палаточному лагерю разносится весть "на горе труп". Эта новость, конечно, вносит некоторые коррективы в наше поведение и настроение. Тем не менее, Олег достает гитару, немного песен и, несколько волнуясь за предстоящее восхождение на Мунку-Сардык (3495 м), мы засыпаем.

И вот утро того злополучного дня (2 мая 1999 г). Я и Макс берем горные лыжи, Олег налегке – выходим в 7.30 из базового лагеря. Погода, мягко говоря, заставляет желать лучшего. Темп подъема по реке Белый Иркут до стрелки не очень хороший. Чувствуется образ жизни последних лет: дом – машина – работа.

Тем не менее, до стрелки добрались примерно за час. Здесь мы с Максом оставляем горные лыжи (дальше их нести нет смысла), одеваем кошки и по ледопаду реки Мугувек начинаем подъем в цирк вершины. Подъем достаточно крутой, и Макс, обладающий лучшей физической подготовкой "накатывает" мне на каждом часе подъема около 10 минут. Олег от меня отстает еще больше. Тропа хорошо просматривается (уже прошло не менее 50 человек), пробрасывает снег, ветер порывами, холодно. Вот нас догоняют спасатели. Со специальными волокушами они сегодня будут спускать вниз останки вчерашнего восходителя.

Обмениваемся шуточками по поводу погоды и места встречи: многих из них я не видел более десяти лет. Настроение бодрое, на горизонте показался предвершинный ледниковый взлет. Последнее усилие и вот мы на леднике. Глядя на то, как Олег тяжело идет, Макс предлагает ему дальше не ходить. Это, естественно, Олегом воспринимается в штыки (Макс младше Олега на 10 лет). Ну что ж – тогда надо перекусить, при этом Олегу приходится не раз предлагать, колбасу, печенье, сыр, горячий чай из термоса. Плохой аппетит – верный признак горной болезни. После небольшого отдыха Олег немного взбодрился и рассказал очередной анекдот.

Поскольку пока никаких сложностей в подъеме не наблюдается мы вновь одеваем кошки и по очень хорошей тропе в снегу, начинаем подъем по краю ледника. Проходим рядом с местом вчерашней трагедии: кровавый след на снежном фирне тянется из под вершины и обрывается около небольшого скального выступа. Кошмар... И вот на этом склоне высотой 400 метров, рассредоточилась цепочка восходителей, часть из них уже начала спуск.

Впереди нас поднимаются Михаил и Алексей (как потом выяснилось, из лагеря они вышли на час раньше), сначала они попытались пойти связкой, но затем бросили эту затею и пошли поодиночке по общей тропе . Таким образом, восхождение представляет собой просто паломничество на гору, где фактически каждый идет своим темпом, но по одному пути. Слева от нас прямо на голом леднике в одиночку кто-то "мочит" вершину в лоб. Красивое соло.

Вот я на вершине. Там уже сидят Михаил и Алексей, Макс. Погода отвратительная: снег, ветер. Поджидаем Олега. Честно сказать, на вершине и вчетвером тесно, а тут снизу идет еще толпа народу. Ну ладно, давай спускаться. Я ухожу с вершины последний. Буквально в сорока метрах ниже встречаю Олега.
— Как ты, Олег?
— Нормально.
— Помощь нужна?
— Нет, я сам.
— Тебя ждать?
— Нет, не надо.
— Хорошо, я тебя жду внизу, где одевали кошки.
— Ок.
(Опять пришлось согласиться с его желанием.)

Это было около четырех часов дня, подняться на вершину и спуститься до этого места Олегу нужно было минут сорок, ну, максимум час, а как оказалось в последствии, я с ним встретился через ЧЕТЫРЕ дня.

С это момента ситуация стала напоминать плохо написанный детектив. Спускаюсь очень не торопясь вниз, впереди меня, тоже явно не торопясь идет Михаил. Спешить некуда – все равно Олега ждать. Приходим на место, где одевали кошки и оставили рюкзаки. Макс уже порядком замерз, ожидая нас. И тут Михаил вдруг спрашивает:
— Где Алексей?
— Как где? — отвечаю я. — Я обогнал его в самом начале спуска и с тех пор иду за тобой.

— Странно, я был уверен, что за мной идет Алексей. Это первая накладка, дальше – больше. Парни-альпинисты, через примерно час после этого, говорят, что при подъеме и спуске! на горе нет НИКОГО. А там должен быть и Алексей и Олег. Легкая паника и ... о счастье! Сквозь туман и снег видим силуэт ДВУХ людей. На вопрос "сколько человек спускается" шесть пар глаз (без меня) уверенно ответили – ДВОЕ. Ведь две пары ног видны. Ну все, отпустило, остаемся ждать только я и Михаил. Но как-то подозрительно медленно они (а может он) спускаются. И вот видим – идет Алексей один на ЧЕТЫРЕХ конечностях в три такта.
— В чем дело? — спрашиваю я.
— Поскользнулся в начале спуска, идти страшно.
— А где Олег?
— Вообще не видел.

Меня прошиб холодный пот. По тропе подъема и спуска разминуться негде и Алексей не мог не видеть Олега. Все... Приехали... Быстро опять одеваю кошки и вверх. Второй раз преодолеть взлет 400 метров, совсем нелегко, если не сказать более. У Михаила проблемы с кошкой. Я один на горе. Время 8 часов вечера, снег, холодно, до хрипоты ору с гребня, разделяющего Россию и Монголию "Олег! Где ты?!" Все... Приехали окончательно...

Спускаюсь вниз. Последний взгляд на враждебный склон и уже в сумерках мы с Михаилом удаляемся от злополучной горы. Постепенно Михаил растворился в темноте. И тут вдруг осветительная ракета. Неужели это нас ищут. Бросаю рюкзак и бегу к месту ее запуска. Вижу: на границе леса балдеет толпа возбужденных школьников, и им нет дела до разыгравшейся трагедии. Хоть бы чаю мне дали...

Уже в 12 ночи на стрелке Мугувека стоит Макс. Рассказываю ему все.
— Надо к спасателям.
— Где они?
— Там.
Макс как всегда немногословен.

В темноте находим их лагерь. Почти никого нет: повезли вчерашний труп в город. Еще раз рассказываю про ситуацию. Ну что, делать нечего. Завтра в 7 утра выход на спас работы. Макс вызвался ночью сходить за снарягой вниз. У меня нет сил (как кажется). Я иду вниз, как обьяснить жене Олега, Наташе "Где Олег?".

Вот базовый лагерь. Все знакомые переполошились. Еще один труп (некоторые так подумали). Наташа в шоке. Как могу, ее подбадриваю. Несмотря на очень пессимистическую позицию (Олег – труп), Андрей Снытко помог собрать необходимый снаряж для спасработ. К сожалению такая позиция Андрея добавила отрицательные эмоции в наши личные отношения с ним. Была надежда "беда объединяет". В данном случае получилось наоборот. Все. 4 утра. Я ложусь спать. Больше я в горы ни ногой... Никогда... Пятно на моей репутации: "Завел и бросил".

Ночью снятся кошмары. И вдруг крик: "Олег жив, он в Монголии... Пограничники приехали..." Шесть утра. Быстро одеваюсь, бегом в верхний лагерь – 1 час остался до выхода спасателей из верхнего лагеря. Весь в мыле добежал – лагерь пуст. Неужели не успел? Выходит Свинаренко Сергей, до него метров 50. Ору с надрывом:
— Свяжись со спасателями – ОТБОЙ!
— Сейчас, секунду — отвечает Сергей.
Сердце у меня выпрыгивает из груди.
— Все нормально, иди сюда — через некоторое время кричит Сергей.

Ну, слава богу, подхожу к лагерю спасателей и вижу их сонных, выползающих из палаток. Оказывается – проспали.

Ну а дальше четыре дня у границы в ожидании выдачи "беглеца". Спасибо подполковнику, он не только принял Олега от монголов, но и спас его от кыренского прокурора, который хотел впаять ему трое суток за нарушение границы. Все, домой.