в Иркутске 11:06, Окт. 21:t +5°C

Река Зун-Мурин или "Чем хуже, тем лучше!"

Глава 1. "Заезд"

(триллер о четырех главах)

Глава 1. "Заезд"

Марк и Витёк
Сначала их было 10. Затем стало меньше – 8. Потом сократилось до пяти. Итого, четверо желающих: Макс, Витёк, Марк и Ольга. Именно таким составом в начале июня 2003 года мы собрались попутешествовать по воде. Макс (в определенных круг "Безумный Макс") – зубр водных преград, воин порогов. Ольга – бесстрашная спутница Макса. Уже лет 10 как заядлая туристка и покорительница горных вершин. Витёк – яхтсмен. Сплавы привлекают его тем, что в отличие от яхты, катамаран имеет свойство переворачиваться. Это весело. Опыт сплавов – Ньюб. Марк – менеджер среднего звена. Решил развлечься. Еще один участник, тоже попавший под локомотив событий – брат Марка Максим, который любезно согласился отвезти сплавщиков к водной преграде, а через 8 дней забрать после водных процедур.


Пролог

Муля была следующая – нефиг сидеть дома в праздники, а надо заэкстремалить по нормальному. Ничего умнее не придумали, как искать весеннего паводка на разливах реки Зун-Мурино. Решили, что 12 июня нам, во что бы то ни стало, надо попасть в то святое место.

Оля
Макс
Подготовкой к сплаву занимался, конечно, Макс. Зун-Мурин – одна из тех немногих оставшихся рек юга Иркутской области на которой Макс ни разу к тому моменту не был. Он скачал из общедоступной сети Интернет (кажется, так это пишется) отчеты о прохождении Зун-Мурина, и мы знали, что нам предстоит несколько хороших четверочных порогов, одна пятерка с плюсом, которую кто-то назвал "Шурик", и более сотни шивер. Чем шивера отличается от порога и зачем в воде бочка с грибами Марк, конечно, инстинктивно подозревал, но итогом этих размышлений обычно был вывод о несовершенстве человеческого воображения. Также у нас была карта района, в который мы стремились. Даже две. Подробнейшая по пешеходке от деревни Жемчуг до Зун-Муринского истока и укрупненная карта самой водной преграды. Причем карты были бережно обклеены прозрачной пленкой и поэтому абсолютно непромокаемы. Еще мы взяли еду и пару литров водки.

Однако Макс тогда никому не открыл один прелюбопытнейший секрет. Весь поход, несмотря на небольшую подготовку и частичный сбор информации, предполагался быть весёлой импровизацией, где любые приключения приветствуются.

Утрамбовав в тележку-прицеп катамаран и 5 рюкзаков, забрались в "тоже джип" под названием Волга и отбыли из Иркутска в Тункинскую долину. Дорога пролетела незаметно в рассказах Макса о своих самых страшных и безумных похождениях. Проще говоря, Макс рассказывал о своей крутизне. Видимо, он считал, что больше Марку с Витьком ничего знать о сплавах не надо пока. Еще тогда возник вопрос – а зачем нужны туристы? Вот допустим, сталевары – сталь варят, повара – есть готовят, а вот туристы, как социальная группа, чем полезна обществу? Никто тогда не разделил мнение Витька, что пусть бы они лучше (туристы эти) ямы копали – уж тогда побольше пользы от них будет. Все участники автопробега "Иркутск – поселок Жемчуг" в тот момент не уважили такой мысли Витька, а зря.

Проезжая через деревню Зун-Мурино, мы приостановились на мосту через реку Зун-Мурино. Под ним мы должны были снова оказаться через 8 дней. Причем Максим на Волге приехать из Иркутска, а сплавщики, собственно, до него сплавиться. Поход был рассчитан так: 2 дня – заброска на 60 километров в горы, 5 дней – 130 км неспешного сплава. Максиму Марк полушутя-полусерьезно сказал, что если нас не будет на мосту вовремя, он должен вызывать вертолет.

Заброска от деревни Жемчуг до Зун-Муринского истока предполагалась на лошадях. За 14 часов можно было спокойно пройти 60 километров, перевалив по дороге два перевала – 2200 и 1700 метров. Насчет лошадей мы должны были договориться с бурятами. В Иркутске Макса долго убеждали типа знающие люди, что это недорого и потенциальные перевозчики выстроятся в очередь, чтобы удовлетворить наш спрос. После поворота на Аршан мы увидели почтенную маму семейства с двумя отпрысками, по интерфейсу – аборигены. Проявив видимую гуманность, мы их посадили в тележку на нехитрый скарб водников. В душе же мы имели четко обозначенное совсем не альтруистическое желание – взяв в оборот столь почтенную тетку, да еще и с детьми, мы рассчитывали торговаться с извозчиками до демпинговых цен. Да... более, чем на демпинговые цены мы не соглашались.

С ветерком прокатившись пару десятков километров, доехали до Жемчуга, где она познакомила с местными коневладельцами. Но капитализм уже пришел в самые отдаленные уголки нашей Родины. Коммерческие запросы молодого бурятского поколения, катающего около грязевых ванн приезжающих поплескаться в горячих источниках туристов, превысило в несколько раз наши финансовые расчеты. Получалось, что московские предприниматели, катающие своих клиентов зимой на буранах за 100 рублей в минуту нифига не зажрались, а заказывать вертолет не так уж безумно дорого.

Поколесив пару часов по пыльным деревенским колдобинам деревни Охор-Шибир, мы вроде наткнулись на нужных нам людей. Или они на нас. Целый семейный совет ближних и дальних родственников (местами пьяных) обсуждал с нами детали нашей заброски. Выбора нам не оставалось, и договариваться пришлось. Решили, что ранним утром следующего дня за нами приедут выпускники местной школы на двух лошадях. На них планировалось погрузить всю нашу поклажу, чтобы мы налегке могли спокойно прошагать до истока нужной нам речки.

По узенькой дороге заехали на машине как можно глубже в горы. Порой правое колесо катилось по краю обрыва в речку, а левое зеркало в то же время норовило зацепить выступающий из скалы камень. При этом саму дорогу можно назвать оживленной. Несколько раз разъезжались с встречными джипами, которые, видимо, ездили к целебным ручьям с водой, оказывающей неизменно хорошее воздействие на печень, почки, желудок и все что под тазом. Вот тут то Витёк и понял, что Волга – тоже джип.

Остановились перед лужей, через которую до нас переехал К-700. Началась Разгрузка. С мыслью, что родись мы в другом месте, могли бы стать шерпами, легкой трусцой штангиста, удерживающего вес, перемещались от машины к ближайшей полянке. Наконец, вроде все сплавные причиндалы (кат, спасжилеты, весла), еду, палатки, одежду, и т.д. перетаскали. Максим уехал домой, а мы устроились передохнуть. Почти одновременно нас с Витьком осенило. Разных тюков и кулей было настолько много, что мы совершенно забыли о водке, смиренно оставшейся в салоне машины! С мыслью "спиртного спортсмены не едят" родился девиз сплава. Итак, Чем Хуже, Тем Лучше!


  cледующая глава >>>