в Иркутске 17:52, Окт. 23:t +10°C

По льду в заповедный край

Ключевые слова: лёд, Байкал, кайт
Ушканий брэнд

Друзья-романтики, мы хотим поведать вам историю о нашем байкальском путешествии в апреле 2006 года. Поход нам понравился динамичностью, заповедными красотами оторванных от цивилизации мест и благоприятному стечению обстоятельств. Этот рассказ написан совместно двумя участниками.

А предыстория была такова:
Решили мы с моим питерским другом Олегом что-нибудь замутить.
Что бы этакое свеженькое за неделю учинить двум "извращенцам" в разгар весны?
Желательно активно поработать физически, быстро пройти приличное расстояние и побывать в уникальных местах. Чего нам меньше всего хочется – тупо тащиться пешком. Что выбрать в качестве ускорителя движения?
Исходя из новомодных тенденций, первое, что приходит в голову это байк.
На сложном миксовом рельефе с байком могут быть проблемы (хотя с чем на Байкале нет проблем?), тем более что в этом году в центре как никогда хорошо наторошено, а на севере как всегда хорошо припорошено. Если метить в эти части озера, то хочется что-то проще, компактней и автономней. Тем более что и байков у нас нет...
Кайты, лыжи, коньки...

Ледяной натюрморт
Кайтам нужен ветер, а с этим у нас частенько бывают перебои, то густо то пусто, да и та же торосистость при движении на любой скорости реальный форс-мажор.
Может быть лыжи? Так ведь и с ними не всё так ладно, им снег подавай.
Коньковые походы по свежему льду именно из-за снега прекращаются до середины марта. Коньки в это время бесполезны, а в лыжах что-то есть.
Сейчас на большей части территории уже вновь открытый лёд, значит, лыжи отпадают, а вот коньки, кажется опять то, что надо! С коньками можно прихватить и по одному лёгкому кайтику, на случай хорошего льда и ветра.
Куда лучше рулить? Конечно в самое сердце озера на остров Ольхон, в районе которого можно найти отличные варианты для подобных путешествий.
Например, объехать вокруг острова. Спортивная сторона такого маршрута конечно интересна, но для нас в этом варианте есть некоторые проблемы приключенческого и технического характера. Во-первых, туристы там ходят толпами и тема несколько избита. Во-вторых, если это и делать то лучше успевать с середины и до конца марта, т.к. активное весеннее солнце превращает глянцевую поверхность в рыхлую корку, по которой коньки не едут.
Проще говоря, с ольхонской "кругосветкой" мы уже опоздали.
Северней Ольхона в начале апреля ещё прохладно и лёд твёрдый, значит, нам надо туда. Одна из достойных целей путешествия в этой части озера Ушканьи острова, ядро обитания осторожного тюленя-нерпы, хорошо удалённое и редко посещаемое место.
Так вот эта идея нам понравилась сразу.

План действий

У весенних бэккантри-походов есть неоспоримые плюсы.
Световой день значительно продолжительней и суточные температуры ласковей январско-февральских, конечно это положительно влияет на похудание рюкзака.
Нам нравятся путешествия с достаточным минимумом необходимого снаряжения, иначе всё превращается в ломовую работу по переноске грузов и романтика тускнеет. По возможности мы будем ночевать в обитаемых местах, поэтому вместо палатки возьмём лёгкие бивачные мешки для спальников, минимум одежды и снаряжения.

Здравствуй Ольхон
Как показала практика, коньковая дневная дистанция в походном режиме возможна до 80 км, и это солидный потенциал. Предварительные GPS промеры выявили разумные дневные куски нашего маршрута. Если стартовать с мыса Хобой, самой северной точки острова, в первый день надо пройти около 50-ти км к западному берегу на мыс Кочериковский и ночевать у егерей на южном кордоне Байкало-Ленского заповедника. Второй день нам также сулит дистанцию около 50 км к Большому Ушканьему острову. Там есть действующая метеостанция и можно остановиться на днёвку. Третий кусок пути в 40 км лежит уже в обратную сторону вдоль восточного берега к мысу Нижнее Изголовье полуострова Святой Нос. Это место сейчас необитаемо, значит, нас ожидает бивачная ночёвка. Четвёртый отрезок в 60 км к посёлку Узуры на Ольхоне самый ответственный, т.к. пересекается центр озера и, в случае погодных и ледовых проблем, мы будем довольно уязвимы. При наличии торосов это место надёжней пересекать по кратчайшему пути на мыс Хобой (50 км). В этом месте замыкается 200 км кольцо и, кстати, здесь можно заранее оставить заброску. Оставшийся отрезок до Узур лучше идти под прикрытием острова. При нормальном раскладе пятым, заключительным аккордом нашей одиссеи, будет кусок в 80 км вдоль восточного берега Ольхона из Узур до посёлка МРС.
Итак, нас ожидает около 280 км хрустального пути в самом сердце Байкала, для пяти ходовых дней это неплохая дистанция!


Путешествие начинается
Коньки и кайт
Глиссер у Шаманки
Евгений Шкуренко

Добираться на Ольхон мы решили на маршрутке.
Путь на общественном транспорте проходил в три этапа. Вначале мы доехали до летней паромной переправы в посёлке МРС. Оказалось, что перевоз людей на остров в этом году запрещён и всем пришлось идти пешком по льду около двух километров через пролив. На противоположном берегу нас уже ожидала вторая маршрутка до Хужира.
Голый лёд не заставил долго думать, мы одели коньки и покатились. Пока наши попутчики осторожно по скользкому льду переходили пролив, мы успели перевезти на другой берег свои рюкзаки и вдоволь покатались налегке.
Хорошая разминка в длительном пути порадовала, и оставшиеся 40 км на машине по острову пролетели быстро.
Как обычно в Хужире мы без проблем разместились в приюте Никиты Бенчарова.

Китайская торпеда
Неожиданно там же мы повстречали ещё одного иркутского кайтера Женю Шкуренко, который был здесь в командировке и занимался неполадками сотовой связи.
Кайтовое снаряжение у Жени было с собой, а голый лёд Малого моря и дующий юго-западный ветер подсказал нам совместную вечернюю программу, мы с Олегом пробуем коньки и кайты, а Женя кайт с лыжами.
Каталка в Малое море
До самых сумерек мы прокатались у мыса Бурхан, общались с рыбаками, фотались, удивлялись китайской смекалке и незавидной участи местной рыбы.



День первый
На траверзе мыса Хобой

Сергей, сосед Никиты, на жигулях по льду забросил нас до мыса Саган-Хушун. Дальнейший путь автомобилю на Хобой преградила свежая трещина. Здесь мы попрощались с водителем и стали готовиться к старту.
Погода стояла солнечная и безветренная, звенела просто. Цель хорошо просматривалась в голубой воздушной дымке. Двигаться дальше вдоль острова до Хобоя (4км) уже не имело смысла, нам предстояло пересечь пролив между островом и материком, и сделать это можно прямо отсюда.

Перед стартом
Так распорядилась судьба, что место нашего старта оказалось уникальным.
Мыс Саган-Хушун несомненно относится к числу особых монументальных уголков озера. Он восхищает путешественников в любое время года, а уж в зимнем убранстве это вообще нечто. Удивительные по красоте и изяществу бирюзово-голубые ледовые наплески и манящие своей таинственностью гроты в отвесных мраморных скалах, словно открывают перед вами мир первозданный природы. Сложно передать словами все эмоции, когда ты стоишь рядом у подножия уходящего в бездонное небо этого красавца-исполина, а кругом тишина, периодически прерываемая глухими вздохами скованного тяжёлым панцирем Байкала, слепящие солнечными бликами хрупкие "стеклянные" торосы, далёкие очертания заснеженных береговых хребтов:
У подножья Саган-Хушуна
Вдоволь нафотавшись, в 12 часов дня, 1-го апреля, мы одели коньки и поехали.
Что можно сказать о прелестях продолжительной циклической работы? Она знакома многим, кто хоть раз испытывал физическое удовольствие от размеренного темпа (гусары молчать!). Время и мысли растягиваются...
Застывший водопад
Плавный ритм движений и дыхания, характерный хруст режущего лёд конька, приятное обдувание ветерком разгорячённого лица, в голове привязавшийся мотивчик какой-нибудь песенки или думки о чём-то отстранённом... Временами ловишь себя на мысли, что уподобляешься некой "машине для поглощения километров", но стоящая впереди далёкая цель, а также зримый результат в её достижении, приносят какую-то осмысленность всего происходящего и удовлетворение.
Конечно, есть некое однообразие в совершаемых действиях, но здорово отвлекает решение возникающих задач и постоянное наблюдение за окружающей обстановкой, а с этим здесь точно не соскучишься. Во всяком случае, мне этого вполне хватало, хотя можно и просто слушать музыку через наушники, что и делал Олег.
После первого десятка километров более-менее ровного льда Байкал стал показывать свой непростой характер. На нашем пути, как на шахматной доске, пошли присыпанные снегом обширнейшие поля торосов, неприятные полосы колотовника (льдины-ступеньки), вздыбились нажимные трещины, окружили бесчисленные пятна жёсткого наста.
Началась игра с условным названием "не попади в тупик".
По застывшей ряби
Временами проход выбирался интуитивно, но чаще в этом хаосе были подсказки-тропинки. Речи о движении по генеральному курсу уже быть не могло, необходимо было находить проходы в ледовых хитросплетениях и с наименьшими усилиями переходить дальше. Увы, мы двигались значительно левее нашей цели, почти поперёк пролива на посёлок Онгурён в надежде, что препятствия рано или поздно кончатся, а там мы своё наверстаем.
Уже первые километры втягивания неожиданно выявили наши разные скорости. Вот о чём я меньше всего подумал перед походом и фактически столкнулся с ситуацией, когда партнёр серьёзно уступает в темпе движения. Теперь по прошествии времени, я прошу у Олега прощения, что благодаря моей легкомысленности он оказался в ситуации "бразильской системы", отступать некуда, учёба и тренировка прямо по ходу пьесы.
Дело в том, что у него это был первый коньковый поход, поэтому почти всё было впервые. Будучи роллером, он уверенно стоял на коньках для бэккантри, но продолжительное темповое скольжение по специфическому байкальскому льду с рюкзаком всё же требует определённой технической сноровки, физической тренированности и правильного подбора снаряжения.
Как и в любом деле в коньках есть свои тонкости, вот их кропотливым освоением мы и занялись. Вскоре у Олега сломался наконечник палочки, пришлось поменяться палками, т.к. движение по колобовнику (льдинки блюдцеобразной формы) застопорилось вообще. Не знаю почему, но при первых даже незначительных препятствиях, он спешил снять коньки и идти пешком. Приходилось наглядно демонстрировать, что в таком случае скорость движения всегда падает, а ходьба с рюкзаком на плечах по "бутылочному" неровному льду нисколько не проще чем на коньках, которые частенько в сложных местах используются и как горные кошки...
На байкальском катке
Рытый
Торос, километрах в пяти до берега в Онгурёнах, наконец, стал исчезать, мы довернули правее на Кочериковский. Вынужденное отклонение от линии курса получилось внушительным, теперь до темноты надо постараться нагнать потерянное.
Крестовский отрог
Ольхон уже давно остался далеко позади, а приблизившиеся белоснежные гольцы Байкальского хребта контрастно играли на вечернем солнце тенями и яркими красками. Крутой и далёкий профиль мыса Рытый с каждым часовым переходом становился ближе.
Береговая линия в этом месте представляет собой отдельно стоящий от основного хребта очень протяжённый (15 км), обрывистый Крестовский отрог, в конце которого на поляне срублено рыбацкое зимовьё.
Рыбак Сергей Зеленин
Увидев там людей с мотоциклом, я направился к ним. Это были онгурёнские рыбаки, отец и сын Зеленины. Старший из них, Сергей, оказался очень радушным и контактным человеком. Наскоро переговорив на темы: кто, откуда и зачем, он предложил переночевать с ними в зимовье и даже вызвался довести нас на мотоцикле до кордона. Посчитав, что это будет неспортивно, поблагодарив Сергея, я тронулся дальше. Олег чуть приотстал.
Проехав оставшиеся 5 км вдоль протяжённого и заросшего лиственницей мыса, лай охотничьих собак известил о нашем прибытии на базу "Онхолой", того самого кордона, куда мы сегодня стремились. Из рубленого дома-барака в зелёной форме вышел молодой парень. Это был егерь Александр Сокольников, с которым мы тут же познакомились. Он повёл меня к главному егерю кордона Владимиру Привалову. Сурово и кратко расспросив о наших планах, тот распорядился пустить нас в среднюю часть дома.
Ночуем по плану.
Отпиваясь и ужиная после ходового дня, зашёл Александр, чтобы зарегистрировать нас в журнале учёта. Общаясь, он провёл с нами весь вечер. Изолированная жизнь в заповеднике в течение трёх лет и явный дефицит общения, несомненно, вызывает интерес к новым людям. Справедливости ради стоит заметить, что и мы с не меньшим интересом расспрашивали молодого егеря об их таёжном житье-бытье, туристах проходивших мимо, местных нравах. На вопрос о завтрашней погоде Александр заверил, что в этом деле он хорошо разбирается и утром про неё всё расскажет. Под уютный треск жарких лиственничных поленьев мы быстро уснули.



Кордон "Онхолой"
Добро пожаловать!!!
Закат на мысе
Кочериковский
День второй

Если не считать нескольких шумных драк котов под полом барака, можно считать что ночь прошла вполне спокойно. За завтраком по очереди нас посетили все четверо обитателей кордона, среди которых была и единственная женщина, жена Владимира. Она мельком посмотрела на нас и ушла. Неспешно жуя гречневую кашу, Олег вдруг выдал:
– Вопрос жизни и смерти!
От неожиданности я поперхнулся, а Сокольников и Привалов с удивлением округлили глаза. Оказывается, Олегу просто был нужен кусок изоленты для починки сломанной палки:
В это время мимо нас на север проехал чей-то автомобиль. Тут же начальник базы отдал распоряжение заводить служебный уазик и они со вторым егерем уехали смотреть, куда пошла та машина.
Мне сложно судить о специфике подобной работы, но в этих отдалённых краях по льду обычно изредка ездят только местные, которые хорошо знают опасную специфику ледовой дороги особенно в районе мыса Рытый, а уж о предназначении кордона и подавно. Охотиться в заповеднике среди бела дня вряд ли кто из них будет. В результате "погони" выяснилось, что это проехали местные рыбаки до губы Солонцовой. Контролировать рыбаков на льду сухопутные егеря не имеют права, это прерогатива Рыбинспекции, вот наступи ногой на кромку берега...
Собравшись и поблагодарив за приют, мы вышли на улицу. С далекого противоположного берега сквозь серую мглу светило ещё прохладное утреннее солнце. Тихо. Высокий хребет окутан облачными космами белой пелены, вверху над гольцами идёт снег.
–  Что это за пелена, Александр?
–  У нас это называется снежным зарядом.
–  А как сегодня с погодой?
–  Вижу что пока хорошая...
Ни дать, ни взять: местный Гидрометцентр.


Спасибо этому дому...

9 часов утра, одеваем коньки.
В удачные годы, когда Байкал встаёт тихо и поверхность ровная, прямо отсюда можно идти на видимый в 45 км Большой Ушканий остров, но сейчас в море стояли торосы и мы решили двигаться вдоль прибрежной полосы спокойного льда, по которой шла ледовая дорога прямо на ближайший мыс Рытый...

Голубой нажим у Рытого
Через час, уже огибая мыс, нас догнал уазик. Это была выездная избирательная комиссия Зама-Онгурёнского поселения, они ехали в посёлок Покойники. В Ольхонском районе, в отличие от Иркутска, референдум по объединению Иркутской области и Усть-Ордынского автономного округа проходил на две недели раньше, 2 апреля. Они везли специальный ящик и бюллетени для голосования нескольким взрослым жителям изолированного посёлка. Как раз в этом трепетно почитаемом месте, путники всегда делают остановку и брызгают духам, прося у гневного мыса хорошей погоды и благополучного проезда. Видя в море нескончаемые торосовые поля и серьёзно "оскалившуюся" становую трещину вплоть до самых островов, мы попросили подвести нас до мыса Шартла, мимо которого они всё равно будут проезжать. Не воспользоваться таким подарком судьбы было просто глупо. Двигаясь на коньках, мы потеряли бы лишний час и, учитывая, что хребет затягивался всё больше и больше хмарью, неизвестно во что могла превратиться "хорошая" погода, когда мы начнём пересекать озеро.
Попутка
У Гневного мыса
Наши попутчики поставили на лёд целую коробку съестных и алкогольных припасов и провели с нами "мастер-класс" правильного брызганья духам. Ритуальный фуршет продолжался, но от второй рюмки водки мы уже тактично стали отказываться, вроде как спортсмены...
Наши коньки у местного населения вызвали живой интерес. Охранник выездной комиссии даже покатался с ними на своих берцах, падая, смеясь и веселя всех. Потом мы все вместе фотографировались на фоне мыса с плакатом референдума, опять брызгали...
В итоге, наша встреча в этом таинственном месте стала целым событием для всех и, забегая вперёд скажу, вероятно, качественное брызганье повлияло на погоду этого дня как никогда позитивно. Несколько опасных мысовых щелей заставили водителя проехать с сотню метров по галечной кромке Рытого, за маяком мы вновь спустились на лёд. Короткая остановка на фотографирование у ледового нажима и далее без особых проблем но, всё же аккуратно исследуя попадающие на пути трещины, мы доехали до мыса Шартла. Именно отсюда до нашей сегодняшней цели метеостанции на Ушканах, самое кратчайшее расстояние (28,5 км).
Голый полированный лёд, окружающий дикий мыс, и отсутствие в обозримой перспективе торосов, вселили хорошее настроение.
Расставшись с попутчиками, в 11:30 мы взяли курс на остров.
Старт у мыса Шартла
Первые четыре километра мы пролетели на одном дыхании, а дальше жёсткий наст стал затягивать ледовую гладь. На отдельных участках коньки приходилось снимать и идти пешком до следующего ледового поля. На пути попалось несколько нешироких торосовых полос, которые мы переходили поперёк.
Олег уже давно шёл, а я всё продолжал скакать через снежные перемёты между ледовыми пятачками но, увы, вскоре снежный наст закрыл всё окончательно. Обычно здесь в это время уже стоит открытый лёд, но в эту многоснежную и затянувшуюся зиму, его граница опустилась значительно южнее.
10-ти км кусок срединной полосы озера пришлось переходить пешком. Чтобы не натирать ноги в жестких ботинках, мы переобулись в кроссовки.
Берег мой покажись вдали
Большая нерпа
Чем ближе мы приближались к главному Ушкану, погода становилась всё лучше и лучше, солнце светило всё ярче, а снежная пелена над западным берегом постепенно совсем исчезла. Сочные голубые краски играли над зубьями-отрогами Байкальского хребта. Остров, напоминающий издалека своими очертаниями греющуюся на солнышке огромную нерпу, казалось, был уже совсем близок, рукой подать, но GPS каждый раз опровергал оптический обман.
Эта особенность байкальской перспективы очень непривычна, в условиях хорошей видимости расстояния до зримых объектов скрадываются минимум в два раза. Возможно, из-за призрачной близости к цели и одновременно мощной подпитывающей энергетики, путешествия по Байкалу не кажутся изнурительными, хотя расстояния порой преодолеваются очень приличные. И ещё один необычный оптический феномен как нигде присутствует здесь, фигура отставшего человека довольно быстро "растворяется" среди ледовой равнины, но, через 10–15 минут он оказывается рядом. При движении на коньках достаточно и пяти минут, чтобы напарник появился из "ниоткуда".
Наконец, за семь километров до острова опять появился сносный лёд. Радости моей не было предела, быстро одел коньки и ускорился после продолжительной ходьбы. Теперь я двигался с подветренной стороны становой трещины, где лёд был открытым, наветренная сторона служила естественным снегозадерживающим барьером от господствующего в этом районе Баргузина. Перед островом трещина стала разветвляться веером. Толстые льдины, через которые пришлось несколько раз перелезать, постепенно поднимались всё выше, пока я не упёрся в ледовый вал-нажим шельфового мелководья. Эта сверкающая на солнце вздыбленная бело-голубая крепостная стена надёжно закрыла с юго-запада подступы к берегу. До сих пор мне не попадались нажимы такой высоты и длины, поверьте, это грандиозное зрелище.
Нажим-бастион
По торосам
Пройдя пешком вдоль необычной преграды, в понижении вала оказался проход.
На приподнятой береговой террасе стояло несколько деревянных построек, слева от которых была видна метеоплощадка. Возле автомобилей ходили люди и посматривали, как под присмотром лающего белого пса я приближаюсь к берегу. Мужчина, с которым я заговорил, оказался егерем Ушканьих островов Юрием Будеевым. После ознакомительной беседы, меня отвели в гостевой дом. Через полчаса в проходе ледовой стены показался Олег. Вот так мы добрались до главной цели нашего путешествия.
Нас поселили вместе с мини киногруппой Иркутской студии кинохроники, которая снимала фильм о жизни на Ушканах. Оператор Вячеслав Столяров и директор фильма Анатолий Шевченко, оказались очень открытыми и интересными собеседниками, запомнились их весёлые истории. Поздний ужин и банька стали славным итогом дня.



Краткая справка:

Круглый
Ушкан с обратной стороны

Итак, куда же мы попали?
Архипелаг Ушканий (по-бурятски Анду Алтари), это вершины поднявшегося из байкальских глубин подводного Академического хребта. Архипелаг относится к северной котловине Байкала и состоит из четырёх островов, самый большой из них так и называется Большой, его высшая точка поднята на двести метров от уровня озера. Три других острова: Круглый, Тонкий и Долгий, значительно меньше и возвышаются над водной поверхностью на высоты не более двадцати метров.
Почему острова Ушканьи? Так окрестили нерпу русские первопроходцы, когда увидели здесь на лёжках одну из самых больших популяций единственного в мире пресноводного тюленя. Ушканами наши северные поморы издавна называли морских тюленей.
Острова сложены кристаллическими известняками, базальтами, белыми и розовыми мраморами, которые покрыты байкальской таёжной растительностью. Естественная труднодоступность и удаленность от поселений создали здесь за миллионы лет особый мир. Острова имеют заметное своеобразие: в летнее время, кроме достаточно большой популяции нерпы (до 3000 голов), здесь же находится крупнейший на Байкале птичий базар большой серебристой чайки, самое большое количество муравейников на единицу площади (до 6000), отсутствуют хищники, растут хвойные деревья с необычно утолщённой комлевой частью и т.д.

Цивилизация
С 1986 года Ушканы включёны в состав Забайкальского национального парка с особым режимом природоохраны. Разумеется, попасть сюда не просто.
Кроме егерского поста парка, здесь находится действующая с 1897 года метеостанция, в общем, место не многолюдное, но обжито.




День третий
Бухта Пещерка
Обжитая пещера

Днёвка. Спешить некуда, хорошо выспавшись и позавтракав, мы решили совершить прогулку по всем островам на коньках.
Вдоль главного острова на северо-восток уходила ледовая дорога на Чивыркуй.
Немного пройдя по ней, мы решили подняться на вершину, чтобы обозреть панораму и перспективы обратного пути к Ольхону.
Два часа мы пропахали по глубокому весеннему снегу, но всё же не дойдя до главной вершины, сдались и спустились вниз. За береговым изгибом начинался голый лёд, мы одели коньки и доехали до южной оконечности Большого острова, откуда, наконец, показались малые острова. В береговых скалах была видна пещера, прямо от которой по юго-восточному склону на вершину шла простая тропинка. Оказывается, вот как здесь ходят нормальные люди!
Осмотрев, повидавшую немало разного народа, закопчённую рыбацкими кострами пещеру, мы направились дальше к трём малым островам, вершины которых "ощетинились" голыми лиственницами, отчего издалека были похожи на сапожные щётки.

Суслика видишь?
Сапожные щетки
Ровный, мало заснеженный лед позволил в считанные минуты докатиться до первого Круглого островка и, обернувшись назад, полюбоваться новым ракурсом большого Ушкана. С погодой в этот день опять везет. Катимся влево до конца острова Долгий, у которого находим торосы из голубого красивейшего льда. Возможно, есть научное объяснение этому явлению, но для нас это все равно чудо. Где-то здесь среди навороченных льдин прячется нерпа, сейчас ее увидеть не суждено, в мощных завалах льда и снега спрятаться есть где. Рыжие лишайники облепили белоснежные скальные блоки, летом на эти россыпные камни вокруг островов выползают нерпы, гогочат шумные чайки и плещется синяя байкальская волна...

Нерпа, загадочное существо с высокоразвитым интеллектом, находит здесь любимую пищу и спокойно размножается. Сейчас кругом тишина и можно только фантазировать в стиле:
– Ты суслика видишь?
– ...Нет.
– Я тоже, но он есть!

Фокус в том, что не видно даже следов её пребывания, попряталась в снежных пещерках. Лишь только когда снег растает, она появится на ледовой поверхности с новорождённым потомством.

Находим интересное место стыковки двух становых трещин огибающих с разных сторон большой Ушкан. Солнце, лед, острова, вокруг ни души, катим обратно в свое удовольствие, разъезжаясь кто куда хочет. Мне естественно хочется забраться на высшую точку большого острова, уж больно погода к вечеру разыгралась, и редкую возможность надо обязательно использовать.

С гребня Ушкана
С гребня Ушкана
С этой стороны снега нет, подъем быстрый и вот он сногсшибательный вид Святого Носа и малых островов. Осторожно лезу по сгнившим деревянным ступенькам вершинного триангулятора, любуюсь открывшейся панорамой, фотографирую. Даже не верится в такую удачу, это же настоящий "ушканий" брэнд, за одним только этим видом можно сюда стремиться. Прямо на восток прекрасно видны не только островки, но и мысы Орловый, Верхнее Изголовье хребтовой громадины полуострова. Красотища!
Жаль, но моя цифровая любительская камера не в состоянии качественно запечатлеть всю красоту и величие этой картины, но есть ещё одна приятная новость. Не смотря на предварительную информацию Юрия, что путь к Нижнему Изголовью заснежен, сверху прекрасно виден сверкающий на вечернем солнце лёд, по сравнению со вчерашним днем он вполне реальный для коньков.
Значит, завтра будет веселый день!

День четвертый – Повествование Олега

К Нижнему Изголовью.
Утром подъем с рассветом. Прощаемся с гостеприимными Таней и Юрой, с нашими кино-соседями.

До свидания Ушканы
Мечта конёчника
Если в предыдущие переходы мы знали, что в любом случае двигаемся к жилым местам, то на этом раз понимаем, что начинается самый ответственный этап, так как уходим от цивилизации и на Нижнем Изголовье нас никто не ждет.
Дают о себе знать первые потертости. На первых заснеженных километрах появляются некоторые сомнения, но затем начинается праздник конькового хода. Прохождение этого участка оказалось самым приятным, здесь наиболее ровный лед, минимум рваного льда, снега и снежно-ледовых лабиринтов. Попутный ветер и абсолютно безоблачное небо.
По возвращению удалось найти в инете фото, выполненное со спутника 4 апреля 2006 года в 11 ч 19 мин по иркутскому времени. На фотке нет облачности и видно наше присутствие в этом месте!!! Ну, если конечно сильно, сильно увеличить.
Застывший Баргузин
У края острова Долгий
Наслаждаемся панорамой Байкальского хребта, гор Святого Носа. Удовольствие от самого процесса езды такое, что прошли маршрут почти на одном дыхании только с одной остановкой на перекус. В такие хорошие дни и в таком необычном месте посещают необычные и весьма возвышенные мысли. Позволю себе маленькое лирическое отступление.

Воспринимать окружающий мир возможно с помощью зрения, но только ли? Восхищаться Байкалом можно рассматривая альбом с его фотографиями. Можно медитировать непосредственно на бeрегу, или любоваться динамичной картинкой из окна уютного салона любого транспортного средства. Но природа не статична и обширна. Что может теснее объединить тебя с ней чем движение в ее среде? В среде более простых, но более истинных, чем окружающих в обычной жизни ценностей, по сравнению с которыми все твои проблемы и вся твоя суета растворяются в этом огромном масштабе пространства существовавшим миллионы лет до тебя и стремящихся в необозримые дали времен. Именно в близком взаимодействии этой среды и тебя возможны необычные откровения.
Ледовая купель
Нижнее Изголовье
Сорок километров в день, много ли это? Видимость отличная. Цель впереди в легкой дымке. Покров разнообразный, хороший гладкий лед пролетает моментально, тяжелый изматывает долго. Расстояние..... Время...... Сейчас расстояние и время это ВСЕ, это желаемая цель, в худшем случае даже вопрос выживаемости. Но думать о них бессмысленно и утомительно. Пытаюсь не думать, сейчас это для меня ничто! Получается не думать. А о чем думать? Вокруг Байкал! С погодой везет. Степная часть, горы, тайга и гольцы все как на ладони, иллюзия близости, расстояние огромно, но его как будто нет. Одним поворотом головы можно охватить огромную часть Байкала. Лед прекрасен и ужасен, покров сложный, скорость резко падает. Байкал, лед, торосы, горы. Хорошо ли мне. Еще как хорошо! Тяжело, но хорошо. Это мазохизм? Вокруг Мощь Байкала. Что такое Байкал? Или кто такой Байкал? Возможно ли вообще осознать его? Если высший разум существует, а природа его часть, то какая часть Байкал? А ты сейчас здесь в его центре. Тебе тяжело и хорошо. Ты вне времени и пространства. Мурашки дерут кожу! Ты крут?... Мурашки перестают драть кожу – ты глуп, а может и слаб, но ты здесь. Будет что вспомнить и рассказать... А возможно ли передать эти ощущения, эти откровения? Нет! Это здесь и сейчас в центре Байкала вне времени и пространства.
Вечер
Вид с Нижнего Изголовья
на северо-восток
Последние пять километров нас всё же встречает снежное поле, коньки приходится снять. На Нижнем Изголовье находим уютную бухту, следы бывшей жизни в виде фундамента разрушенного дома и остатков кузова запорожца. Как он сюда попал и чем питался, наука на этот факт ответить не может. Следы когда-то бывшей здесь метеостанции и высокая обзорная вышка. С вышки открывается уникальная почти круговая панорама: Баргузинский залив, далёкий Ольхон, западный берег...
Жилья здесь, увы, не было, но благоприятные обстоятельства нас все же дожидались на самой южной оконечности, где мы обнаружили замечательно оборудованную стоянку в виде снежных ям под палатки и костер, дрова, оставленные туристами-лыжниками. Еще засветло мы успели подсушиться на солнышке, приготовить ужин и романтично посидеть у костра. Саша забыл взять с собой бивачный мешок, пригодился кайт, которые до сих пор мы таскали как "тренировочные камни". В эту ночь на свежем воздухе я исполнил столь выдающийся храп, что если рядом и были какие-то волки и медведи, то они, скорее всего с ужасом разбежались из этих мест.

День пятый
На горизонте Ольхон
Против лома...

Ложки соли в бочке меда, все равно не почувствуешь или "как ваше здоровье – не дождетесь". Внутренний гидробудильник обеспечил своевременный подъем с первыми лучами солнца. Соль была в утренней каше, увы, в тройной дозе, ну бывает так, поэтому чувство жажды в ледяной пустыне на переходе от Святого Носа до Ольхона нам было гарантировано не только от физических нагрузок. Рюкзаки стали легче, мы вышли на лед в предвкушении уже привычной согревающей работы. В этот день нас ждет 60 км. Пасмурно, ветер пока попутный. По характерной хмари на западе понимаем, что скоро погода резко ухудшится. Достаточно быстро достигаем точки невозврата, когда вперед к Ольхону становится ближе чем назад, хотя это только теоретически, потому что об обратном ходе мыслей не было. Тут, в середине Байкала, нас ждет первый серьезный сюрприз, неожиданно в ледовом битняке у меня ломается крепление шведского конька, не выдержал металлический хомут фиксации пятки. Вариантов особо нет, сложная конструкция из веревочек и ремешков и ... Пошел страус, пошел! Крылья, Ноги!...

Шельфовый нажим
Эта часть Байкала по состоянию льда самая сложная, соперничающие между собой на этом "перекрёстке" сильные ветра (Горная, Баргузин, Култук, Верховик) вносят серьезные коррективы в замерзание открытых просторов. Все чаще и чаще нас обступают поля торошённого льда.
Несколько раз невероятно везет, когда в бескрайних полях битого колотовника мы находим гладкие дорожки, по которым удается пересекать значительные куски ледового беспредела. В конце концов, одна такая дорога закончилась тоненьким ручейком, который сошел на нет и, нам пришлось снять коньки. Резкое снижение темпа в течение нескольких часов, необозримое торосовое поле, в центре которого мы оказались, заставило задуматься о перспективах ночевки во льдах. Тем временем погода продолжает киснуть, попутный ветер усиливается, все признаки прихода грядущего циклона на лицо. Напряжно...
Хобой
Голубые топазы Хобоя
В походе двигаться проще, когда есть какая-либо привязка к местности. И, зацепившись взглядом за очередную полосу торосов на горизонте, мы потихоньку ковыляем к ней в надежде увидеть за ними ровный лед. А там: опять ломаный лед.
Время перекуса, традиционные бутерброды с чаем, но где же вы благоприятные обстоятельства? А мы здесь откликнулись они, пройдя всего метров 50 и перевалив очередную полосу торосов, мы вдруг обнаруживаем ровный лед. А дальше вновь скорость и радость скольжения в пространстве. Чем ближе к Ольхону тем лед становится все лучше и лучше и уже все сомнения позади. На закате мы замыкаем кольцо нашего путешествия у мрачного Хобоя и дальше вдоль берега к Узурам.
Узурский патруль
Привет Узуры
Эти крайние одиннадцать километров были настоящим подарком Байкала. Тяжелая работа в течение дня заканчивалась идеально ровным катком без снега. До Узур с попутным ветром мы пронеслись минут за двадцать. В далёкой сумеречной дымке на северо-востоке были видны смутные очертания Нижнего Изголовья, даже не верится, что утром мы были там...
На ночь мы остановились у Юры на станции "Сибизмир". Ночью пришел мощный фронт. Под утро порывы ветра со снегом были до 20 м/с...
Наша дальнейшая эвакуация из отдалённого Узура в Хужир, а на следующий день в Иркутск прошла на удивление легко.

Спасибо Вам добрые люди и байкальские духи.



Прощание с Ольхоном
Схема маршрута


Александр Токарев (tokal), Олег Шагов.
Апрель 2006 года

Олег Шагов
Александр Токарев