Африка: Килиманджаро и все остальное

---

Около Аруша

На удивление, Килиманджаро оказалась такой, какой я его себе представляла. Мое мнение обывателя, наверно, звучало бы так: зеленые джунгли, много животных и посреди всего этого вздымается белая вершина. Уникальность восхождения в том, что за один день удается посмотреть разные климатические пояса. Начинаешь с жары, когда идешь по джунглям, где совершенно невозможно пройти – от тропы можно отойти направо и налево не дальше метра – непроходимая стена переплетенных растений. В сказках джунгли рисуют в виде огромных смыкающихся верхушками деревьев и над головой прыгают обезьяны – это действительно так и есть. Причем ночью, когда заходит солнце (а садится оно на экваторе достаточно рано – в пять вечера уже темно) джунгли просто "оживают" – начинают петь птицы, непонятные звуки со всех сторон, обезьяны кричат громко и пронзительно как кошки. Днем в жару они скрываются в листве и ведут себя тихо, а с наступлением вечерней прохлады осмелевают.

Начало тропы – Мачами-Гейд

Тропа до лагеря 3000

Из аэропорта нас довезли до древнего города Аруш. Затем полуторачасовой переход к началу тропы – Мачами-Гейд (1980 м) у подножия Килиманджаро. Рядом с ним находится небольшая деревенька, от которой начинается тропа наверх. За несколько часов мы поднялись на высоту около трех тысяч метров, то есть набрали больше километра по высоте. Этот отрезок пути проходит по хорошей пешеходной тропе в джунглях. Замечательная трекинговая дорожка. На место первой ночевки – 3000 пришли в темноте.

Лагерь 3000, за палаткой малина

Наутро обнаружили, что пейзаж вокруг изменился. Джунглей нет, и совершенно другой вид – большие камни и кусты, похожие на наш рододендрон только с толстыми "лаковыми" листьями, большими красными и желтыми цветами. Наша палатка в огромных кустах "малины" – ягоды, листья, шипы как у нашей малины только больше размером и желтые цветы. Пальм уже нет, растительность более низкая, кряжистая, много камней и прохладней, чем внизу.

Начало тропы от лагеря 3000

Тропа от 3000 до 4000

С 3000 за день мы поднялись до 4850. Из кустов малины и цветов мы попали в снег. Поразительно, что буквально за несколько часов некрутого подъема настолько меняется ландшафт. Плавный набор высоты, растительности становится все меньше и меньше, появляется много бессмертников, то есть растений уже более "живучих", но очень красивых. Затем начинается морена, камни – долина Каранга и, в конце концов, выходишь на снежное поле. На нем стоит палаточный лагерь под названием Барафа. Здесь уже действительно холодно, точно температуру определить сложно, может быть минус 10 или минус 15, но переносится тяжело, потому что высокая влажность и вообще, после того как буквально утром ходил в шортах и полдня наблюдал цветы, не покидает ощущение мороза – пуховку надеваешь сразу. Идет снег, плотный туман, в трех метрах ничего не видно. Собственно, саму гору мы так и не видели, потому что она весь день была в тумане. Через час после того, как мы пришли на ночевку, стемнело.

Лагерь 4850

Около 4000

В один из моментов туман на минуту рассеялся, и нашему взгляду предстали скальные стены, возвышающиеся вокруг полукругом, как в горном цирке. Тут же возник вопрос: "Мы что туда пойдем?! Не может быть!" Во-первых, никто однозначно не настраивался ни на какой альпинизм; во-вторых, с нами были люди, которые никогда в горах не были. И вообще, наше путешествие позиционировалось как трекинговый отдых.

Когда стемнело, гиды нам предложили отдохнуть. Но разве можно в 7 часов вечера лечь спать? В общем, сна не получилось – мы просто сидели в палатке, перекусывали всякой снедью. А гиды в это время готовили нам ужин. Делали они это с семи до одиннадцати вечера. Товарищи очень медленные по своей сути и безумно похожие на своих животных, особенно на жирафов – также держат головы и также двигаются.

Нам нужно было обязательно поспать или хотя бы полежать, потому что выходить на гору в 12 ночи, и переход планировался 14 часов. Надо было восстановить силы после сегодняшнего пути с 3000 до 4850. Хотелось, чтобы зашли все, потому что мы одна команда, и чтобы у людей остались хорошие впечатления, а не физическое изнемождение. Из лагеря уходят все гиды, и человека оставить невозможно хотя бы потому, что спуск не по пути подъема – маршрут кольцевой. По команде "спать" народ тщательно лежал, отдыхал, чего-то делал, но спать при этом удавалось с трудом.

В 11 вечера гиды принесли нам в палатку "дину" (прим.: dinner (англ.) – обед). Только мы поели и попили чай, нас подняли на выход в 12 ночи. Кромешная темнота, страшно дует ветер, огромные звезды совершенно другого неба южного полушария – ни одного знакомого созвездия. Мороз такой, какого мы не ожидали. С нами шла женщина с большим альпинистским прошлым, КМС и инструктор по альпинизму, так вот ей перед поездкой сказали: "Что ты, Галя, Килиманджаро – это просто: белые кроссовки, шорты и больше ничего не надо". Человек взял с собой случайно одни штаны и один флис. Все остальное у нее были – "белые кроссовки". Снега по колено, не троплено. У нас трекинговая обувь, но все-таки ботинки, а не кроссовки. Килиманджаро не рассматривалось как альпинистское восхождение, поэтому никакого соответствующего "крутого" снаряжения взято не было. В ход пошло все: термобелье, гортекс и капроновые колготки.

Плато с ледником, 5000

Шли всей группой – впереди гид. Полезли как раз по этим стенам, но как оказалось, все не так страшно. Путь получился эдаким лабиринтом, траверсом по полочкам, но все пешком. Круто, но упасть невозможно, разве что специально полететь. Уклон есть, иногда руками надо придержаться за что-то, иногда на "четырех костях", передвижение как по гребню. С двенадцати часов шли всю ночь. Светает очень поздно, в 6 еще темно, в 7 тоже – даже небо не светлеет. Это давит на психику. И что холодно, и дует ветер, и рассвет не начинается. Рассвело около восьми или даже позднее. Все эти бастионы мы прошли в темноте.

Вершина Килиманджаро – пик Ухуру, 5895

Вершинное плато

Вышли на плато. Вершины Килиманджаро как таковой одной нет, это целая система вулканов, как бы массив с конусами, один из которых, самый высокий, называется пик Ухуру. На плато снега уже нет, морена с мелкими камнями, и трехметровым стенами стоят ледники как обрубленные языки. Затем поле меньше километра и вдали возвышается двухсотметровый кратер вот этого самого пика Ухуру. Около 10 утра мы на самой вершине. Она представляет собой плато с ледниками, стены которых тянутся достаточно далеко.

Африканский "рододендрон"

Вообще, наших трекинговых ботинок хватило для восхождения, кофлачи – это слишком для такого пути. Хотя иностранцы, которые шли там же, все сплошь были в пластиковых ботинках. На гору есть несколько путей подъема, мы поднимались по одному из них – со скалами и снегом. Спусковая тропа, например, была предназначена для кроссовок – серпантин по пологому склону и без снега. А Месснер нашел самый сложный, альпинистский путь подъема – по ледникам.

В этот же день с вершины мы спустились в Аруш, проходя мимо лагеря Мвека (3000 м), в котором предварительно планировалась ночевка. Что называется, с ледника в обезьянник. Удивительная смена поясов.

Джунгли на спуске

Мы ходили в первой половине ноября, в сезон малых дождей. Это лучше, чем жара и лучше, чем сезон больших дождей. С другой стороны, погода разная: может быть снег, ветер и достаточно сурово – есть вероятность и не зайти на гору. Когда жарко, то может быть хорошо на вершине, но не такая красивая Африка внизу – все выжжено под палящим солнцем. Многие животные просто прячутся, а в сезон малых дождей они активно двигаются и их легко увидеть.

Высота переносится гораздо легче из-за экваториального климата. Немного тяжеловато в том плане, что после 9-ти часового перелета из Москвы мы сразу поехали в Аруш и пошли. То есть на отдых времени не было. Самолет из Москвы летит в Цюрих и только потом в Найроби – столицу Кении. Виза в Кении ставится в аэропорту и стоит $50. Из Кении нужно было переехать в Танзанию на микроавтобусе (6-7 часов), приобрести по пути визу тоже за $50.

Все остальное

---

Африка славится не только Килиманджаро, но и своими национальными парками. Мы не преминули побывать в трех из них: в Маньяре, Серенгети и Нгоронгоро. Серенгети – самый большой из всех, он тянется на две страны Кению и Танзанию, причем в одной стране он называется Серенгети, а в другой – Масаи Мара.

В Серенгети большое количество фламинго. Розовая стая стоит на озере, а потом взлетает, одновременно поворачивает крылья и становится черной, затем опять розовой – переливаются цветами. В это время шакал или гиена сидят часами в траве, поджидая удобного случая схватить фламинго за ногу. Для них озеро – это место охоты.

Бабуины (Маньяра)

Бегемоты

Газели (Маньяра)

Слон ломает дерево (Маньяра)

Маньяра – это красивый джунглевый лес. Нгоронгоро – кратер диаметром 15 км, окруженный лесистыми возвышенностями, в котором ходит и летает огромное количество животных. Там же есть озеро с фламинго. Только в Нгоронгоро мы видели больших черных носорогов – больше их нигде не было. Зебры и антилопы Гну воспринимались уже как коровы – они ходят там огромными стадами. Слоны, в принципе, есть везде, но вот в Серенгети в саванне удалось увидеть на закате 25 слонов одновременно. Очень красивое зрелище. Один из них был очень маленький, чуть выше травы – только родился. Слоны не сильно мучаются с выбором дороги – если есть на пути дерево, они его не обходят, а просто заламывают лбами и идут дальше. Лес после них выглядит так, как будто бушевала буря – везде проломы в деревьях.

Фламинго (Нгоронгоро)

Страус (Нгоронгоро)

Антилопы Гну

Cлон

Жирафы – удивительные животные, очень похожие на местных жителей. Ходят семьями, спокойно и неторопливо, объедают верхушки деревьев.

"Набор" животных в парках примерно одинаковый, различается не сильно. В Серенгети есть скальные пещеры, к одной из них мы подъехали очень близко. Из пещеры выглянула гиена и удалилась в сторону. Следом выглянуло несколько маленьких морд. Морды не боятся, глядят с любопытством, потом и вовсе вылезли – все это буквально в метре от нас.

Гиена (Серенгети)

Львы на водопое

Буффало (Маньяра)

Львица (Серенгети)

Леопарда видели один раз достаточно далеко. Он лежал на дереве как на картинке, свесив лапу и длинный хвост. В бинокль было видно, как он лениво качает лапой или закидывает куда-нибудь хвост и практически не шевелится.

Львов видели в Серенгети. Ехали в парке по дороге, через которую тек ручей. Львы подошли попить, и нам пришлось ждать, пока их величества напьются. А они не торопятся – пьют, лежат на дороге, мочат лапы и отдыхают. Охота запрещена – животные не боятся людей.

Во время сафари нужно соблюдать правила поведения. Ехать можно только по дороге, нельзя выходить из джипа и ехать по траве без дороги. На самом деле, можно за 10-20 долларов подъехать. Хотя там и так все рядом. Дороги проходят по таким местам, где животные близко к машине. Рейнджеры следят за тем, чтобы соблюдалась дисциплина, и животных не пугали. Пока львы не напились и сами не ушли, никто не трогался с места. Рядом с дорогой львица кормила львят.

Джип для сафари

Зебры (Нгоронгоро)

Лагерь Симба рядом с кальдерой Нгоронгоро

Баобаб

Закат в Серенгети

Джипы открытые, оборудованы для сафари поручнями, крыши снимаются – удобно сидеть наверху и смотреть или снимать все вокруг.

Растительность очень необычная. Например, в Аруше есть деревья фиолетовые, красные и ни одного листа, коричневое дерево с красными или фиолетовыми цветами – очень красиво, этих же деревьев много вдоль дороги. Обнаружили среди джунглей сосновый лес. Только иголки большие. В джунглях много лиан, растения все незнакомые, так и хотелось спросить как они называются – только по-английски все равно не понятно.

Солнце в это время не очень жаркое и пасмурные дни были. Мы ходили в кофтах и чувствовали себя комфортно. А вот закаты и восходы просто обалденные – я таких нигде не видела. Краски очень яркие, контрастные, никакими фото и видео не передать.

Куски впечатлений и ощущений

---

Наталья Дульская

Государственный язык в Африке – английский. Родных языков много, в каждом племени свой. Заезжали в деревню племени масаи. Мужчин не отличить от женщин, все ходят в одинаковых фиолетово-красных платках с тростями, лица одинаковые, куча украшений, на вид не определить какого возраста человек. Единственное, что женщины лысые, а мужчины носят косы. Живут ужасно. Средняя продолжительность жизни 40 лет, родственники женятся друг на друге Хижины из сухих веток, перемазанных глиной, ниже человеческого роста – надо сгибаться, чтобы зайти. Окон нет и маленькая-маленькая глиняная печка. Казалось бы, издревле масаи – это племя охотников. Они охотились копьями на львов, антилоп и других животных. Современные масаи уже не охотятся, они держат домашних козочек для молока и мяса. Живут в саванне, земледелия никакого нет. В джунглях тоже есть поселки, но там живут танзанийцы, держат хоть какое-то натуральное хозяйство, дети худо-бедно ходят в школу. Масаи ничего не выращивают – хижины стоят на пустыре, окруженные забором. Воды в поселке нет – они ее покупают, зарабатывая деньги на туристах и на козах.

Масайская деревня

Танзанийцы работают гидами, гид получает в день $1,5, в сезон $3. Уровень жизни очень низкий и то, что дети голодают – это не шутка. Вообще, своеобразный народ: у масаев яркий большой платок заменяет всю одежду и палка, с которой они ходят, танцуют на праздниках и охотятся.

Население, в целом, не очень дружественное, безопасно себя не чувствуешь, все равно в напряжении. В шесть вечера закрывается все. Никаких развлечений, вечерних программ нет – темная ночь. В гостиницах "ресепшн" и магазины в огромных решетках, потому что частые беспорядки, волнения.

В масайской школе

Ощущение нахождения в племени ужасное. Мы в шортах и футболках чувствовали себя как путешественники на новой земле 100 лет назад. Чувствуешь себя неловко, иногда даже страшно – совсем другие люди.

Белые волонтеры, которые там живут, смотрятся по сравнению с местными жителями как не проявленная фотография. Красивая смуглая плотная кожа местного населения настолько естественна, что белый человек рядом с ней кажется выцветшим, рыжим и бесцветным, совершенно не вписывающимся в окружающую среду.

Фрукты очень дешевые – бананы, помидоры и огурцы ничего не стоят, а все остальное дорогое. Бананы, кроме желтых, есть и красные, совершенно другие, на вкус слаще, чем желтые. Они совершенно не переносят перевозки и поэтому у нас не продаются.

Дерево в саванне

Страна, в принципе, ничего глобально не экспортирует, кроме бананов, видимо. Дети по дорогам за много километров в этих же платках ходят в школу. Есть танзанийские школы, где форма и классы, а у масаев в деревне школа из плетеных прутьев с доской и ни одного учебника.

Главные проблемы населения – малярия и спид. Раньше была желтая лихорадка, сейчас уже все привиты. Прививка дает 100% гарантию, мы тоже ее ставили за 10 дней до поездки в иркутской областной больнице.

Огромное количество причесок. Бритые женщины только у масаи. Остальные женщины в Африке делают такие прически из множества косичек, что мы провожали взглядом через одну – просто немыслимо.

Африка очень яркая, она пахнет такой самобытностью, которую мы нигде не видели. Даже шатаясь по глухим деревушкам Средней Азии, где дети не умеют, читать такого не увидишь.