в Иркутске 01:29, Окт. 23:t +4°C

Мунку на троих под хорошую закуску

Автор:Юрий Михайличенко(yumiha)
Опубликовано:01.10.2013
Ключевые слова: Мунку-Сардык, Саяны

Мунку на троих под хорошую закуску

"Увы, не много дней нам здесь побыть дано..."
Омар Хайям

Тяжело. Чё-орт, как же мне тяжело!
Поворачиваюсь к склону и повисаю на палках. Рот широко раскрыт, грудь работает, как меха в кузнице. Почти километр скинули, а ноги так и не идут – ничего не понимаю. Оглядываюсь на ребят – им тоже не весело. А как радужно и беззаботно всё начиналось...

Звонок раздался 1 апреля. Но у меня ни на секунду даже и мысли не возникло, что Паша может так шутить.
– Что ты делаешь на майские?
– Да, ничего. Дачу копаю – тут я вру, конечно. Ну, ЧТО я могу там копать?! Но звучит солидно и, вроде как, отмазался. На всякий случай.
– Пошли на Мунку?

Я растерялся. (В голове быстро пролетает целый рой мыслей: Конечно, конечно идем! Как бы из семьи отпроситься? А может и их с собой? А если...) А когда я растерян – я всегда оправдываюсь: А-а, ну так там же сейчас пропуска нужны. Ты чего так вдруг? Нужно ведь заранее – а внутри-то уже всё решено и душа уже ликует и поёт: Ура! На Мунку! С друзьями! Й-ехоу!
– Да, Сердюк в трекинг по Гималаям собрался, а мы тут, как лошары. Вот мы с Борисовым и подумали.
Голова потихонечку начинает включаться:
– Так, хорошо. Давай в почту ФИО, паспортные, а я всё по пропускам узнаю и что еще нужно – напишу.
Только, если на первое – я против. Там народу, как грязи. Давай на девятое, идёт? И узнавай по билетам.

Праздник! Наступил праздник!
Я хожу как полудурок с улыбкой на лице и периодически, с каким-то беспокойством, пытаюсь понять: А что происходит-то? Почему всё так светло и радостно? А! Вспоминаю: Павел ведь едет – идем на Мунку! Успокаиваюсь и продолжаю улыбаться.

Так что же это такая за Мунку? А это вершина – Мунку Сардык. Высшая точка Восточных Саян, находится на границе с Монголией, высота 3491 метр над уровнем моря, маршрут 1Б категории трудности – значит пешком.

Последний раз я там был в 2001 году и с тех пор, по слухам, всё очень и очень изменилось. Нет, сама Мунку на месте! И высота та же, и идти всё так же – пешком. А вот популярность – это да! Популярность – страшная сила! Я вот, например, никогда не видел в районе Мунку более пары десятков человек разом. А сейчас, говорят, на майские там собираются какие-то огромные тыщи. Где они там все помещаются? А в кустики, извините, куда ходят? Это что, толкаться нужно постоянно? Не-ет! На первое я не пойду – только девятое.

Ну и закрутилось. Я узнаю по пропускам – пограничный ведь район, не хухры-мухры! (Да, кому она нужна эта Монголия: пешком, да через перевалы?) – и отправляю заявку в Улан-Удэ. Как-то, между прочим, сообщаю жене о своих планах и, более того, настойчиво зову с собой. В заявку на пропуска я и её, и сына вписал. Так, на всякий случай. Конечно же, это скорее был такой ход тактический! И Наташа уже думает не как меня удержать, а переключается на вопрос: Ехать или не ехать самой? В конечном итоге она решает, что дачу копать будут без меня.

Пол пятого. Без четверти. Пять! Всё. Так больше продолжаться не может – встаю! Поезд приходит лишь в шесть тридцать и ехать до вокзала всего минут десять, но спать больше не могу. Я уже весь в дороге и в предвкушении. Душ, кофе, на вокзал.

А вот и они! Рюкзаки – это понятно, а что еще за коробки такие?
Ни фига себе! А мои-то коммерсанты подзаработали по пути! Какие-то цветы (за деньги!) передают из Самары в Усолье. Только там их не встретил никто и сейчас они всё это сдают в камеру хранения и сообщают кому нужно.
Дома душ – теперь уже для вновь-прибывших, завтрак и в путь, в путь! У них ведь тоже зудит.

Паша Тимашев и Юра Борисов – это мои давние друзья по институту и Куйбышевскому Буревестнику. Теперь мы видимся редко, но каждый раз бурно. А тут, в один из подготовительных созвонов, каким-то тусклым и будничным голосом Павел мне вдруг и сообщает, что Борисов предложил трезвую поездку! Я даже теряю дар речи на некоторое время, а потом, захлебываясь, начинаю яростно вбрызгивать в трубку свои слюни и обрывки негодования. Паша со мной полностью соглашается и далее этот вопрос мы считаем закрытым!

Ехать из Иркутска (плюс, минус) 300 километров.
Музыку приглушаем и всю дорогу разговариваем, разговариваем. Лишь две остановки: на серпантине в Култуке – фото с Байкалом и сразу после отворота на Аршан – ну, сами знаете для чего. Монды. Шлагбаум. Пограничник-бурят со штык-ножом на поясе – здесь всё по-взрослому! Наконец-то наши паспорта сверены с некими секретными списками, и счастливые обладатели пропуска пылят по гравийке.

При восхождениях в районе Мунку, основное место для бивуака – это слияние двух Иркутов, так называемая стрелка. От места парковки машины туда ходу приблизительно час. Более целеустремленные личности на этом не останавливаются, а идут дальше и выше – на границу леса. Ну и уж совсем фанаты – те живут на озере. Это далеко, тяжело и холодно! Мы – люди уже не молодые, рассудительные и с ленцой. А весь наш богатый жизненный опыт предупреждает: Бивуак далее 10 метров от машины – это гарантированные походы в темноте "еще за одной бутылочкой". Поэтому и встаем прямо рядом с железным другом.

Разгружаемся.
– Куда столько еды?! – на меня удивленно уставились сразу четыре глаза.
– Ну, как же (оправдываюсь): Сегодня отдыхаем, едим, пьем. Завтра отсыпаемся, акклиматизация – залезем куда-нибудь. Потом восхождение и резервный день – на непогоду...
– Какая непогода?! Нам 12-го на работу! Завтра на гору, послезавтра домой!
Будильник, конечно, никто не слышит. Но годами выработанное чувство ответственности выталкивает нас из сладких объятий, и просыпаем мы совсем чуть-чуть.

Восхождение на Мунку от моста – место, где можно бросить машину – имеет одну, но весьма неприятную особенность. Оно продолговатое. Мало того, что набор высоты 2 километра, так еще и протопать до вершины нужно почти двадцатку! Так что надо быть в форме. Наша же форма (после вчерашнего) слегка помята и постоянно хочет пить.

Идем по реке. Ну, не совсем по реке, по льду на реке.
По нему идти достаточно долго. Сперва почти горизонтально, потом замерший водопад в каньоне. А вокруг на скалах стоят козлы и смотрят на нас примерно так же, как и мы на них. Выходит солнце и начинается чехарда с переодеваниями: снял шапку, расстегнулся; дунул ветерок, пригнал облачко – надел, застегнулся. Так и идем. Постепенно приходит осознание, что последние пять-шесть тостов вчера были, ну, как бы это помягче сказать – слегка избыточны.

По гигантскому курумнику – это так в Сибири сыпуха называется – вылазим на озеро. Впереди цирк, окруженный вершинами и замерзшее озеро прямо перед нами. Отсюда наконец-то и открывается вид на Мунку Сардык! А набрали-то мы уже порядочно, высота 2700. Юра где-то слегка подзастрял. То ли вчерашние возлияния придавили, то ли работа кабинетная. Но, пока мы с Пашей фиксируем красивые и умные лица на фоне нашей горы, подходит и он.

Вверх, вверх! Вроде бы и снег, но ноги постоянно проскальзывают – снизу жесткий фирн. Надеваем кошки и удивляемся, что не сделали этого раньше. Идется сразу веселее.

Пару лет назад, когда народ (чаще всего абсолютно не подготовленный) повалил на Мунку валом, на верхней части маршрута спасатели провесили перила. И я знал об этом. Но увиденное слегка потрясло: Это вам не какие-нибудь там веревки обтрепанные! Это же настоящая виа феррата! Железный трос в пластиковой оболочке надежно закреплен на шлямбурах. Зачем – понятно. Я видел здесь и ранее экземпляры и в резиновых сапогах, и в полукедах. А когда пара сотен человек идет вверх, а другая пара сотен уже спускается, да еще и норовит молча скинуть десяток другой камней – тут любой захочет и прицепиться к чему-нибудь, и каску покрепче. Так что последние метров 300 маршрута теперь не вызывают опасения даже у нас – пожилых и умудренных.

Вот и вершина!
Ветер – просто катастрофа, сдувает! С монгольской стороны практически сразу, без всяких плавных переходов, начинается степь и оттуда – снизу вверх – свищет со страшной силой. Моментально натягиваем на себя всё, что только возможно. Вот тут-то и выясняется, что Паша забыл перчатки. Но он парень простой. Пробежался по окрестностям и тут же (на вершине!) у кого-то стрельнул пару. Юра опять где-то потерялся. Уже совсем было собрались спускаться, но вот и он – вылазит. Оказывается, за углом надевал беседку. Фото, чай, звонок семье – на вершине есть сеть и вниз!

А вот на спуске-то нас и придавило. Кое-как передвигаю ноги. Пытаюсь ехать на попе. Но постоянно цепляются кошки, а без кошек страшно – фирн очень жесткий и ледоруба нет, только палки. Иду, дышу, иду, дышу. С трудом добредаем до озера и делаем большой привал. Варим чай, мечем сникерсы и сырые сосиски. Пропускаем по паре капель – ну так, чисто формально, только чтобы форму не потерять. И еще чай, чай. Отпускает.

Идем, идем, всё еще идем. Что же так далеко? Накрапывает дождик, начинает прокидывать крупой, а внизу, там, где наш лагерь, явно проглядывает солнце. Нам туда!

Стрелка.
И действительно здесь какие-то безумные толпы. Еще утром практически никого не было. Но сегодня 9 мая – первый нерабочий день и страждущие прибывают караванами машин и огромными автобусами. Путь от стрелки тянется просто бесконечно. Не знаю, как остальные, но у меня перед глазами отчетливо стоит бутылка воды, которая (на самом деле) лежит в багажнике, в холодильнике. Вот с неё-то я и начну!

Эмоций нет.
Мы удовлетворенные и опустошенные. Едим, пьём, занимаем места в палатке – всё на автопилоте. "На утро там всегда покой. И хлебный мякиш за щекой" – нет! Это не наш случай! Мы – бодры, веселы и на всех парусах возвращаемся в цивилизацию. По дороге посещаем священные бурятские места, крутим молитвенные барабаны (наверное, это нужно было сделать "до", а не "после"? Ну, уж лучше позже) и – обязательный пункт программы – едим позы.

Вот уже и билеты на руках. Релаксируем на даче и разговоры, разговоры. Когда еще удастся? Тут же, под хмельком, рождается, что на следующий год обязательно в Безенги – отмечать наши полтинники. И опять: разговоры, разговоры. Рано утром сажаю ребят в самолет. На душе тоскливо и пусто. В городе начинает идти снег. А на озере в это время его уже более метра...