в Иркутске 19:42, Окт. 22:t +5°C

Саяны 13-го года

Автор:Андрей Дульский(DAn)
Опубликовано:06.03.2013
Ключевые слова: Саяны, перевал Аршанский, Самарта

И вот на дворе зима. Приближается традиционное время похода, а значит нужно начинать подготовку. Хотя за годы этот процесс отработан до мелочей и никаких организационных собраний не требуется, некоторые действия все же нужно произвести. Хотя бы разработать маршрут. Для этого необходимо определиться с концепцией мероприятия. Имеется следующая вводная: на дворе год под номером 13, да и старухи поговаривают, что в этом году необычно много снега, стало быть на крутые перевалы лезть не резон. Значит остается только прочертить красивую линию через Китойские и Тункинские гольцы, желательно через нехоженые места. Далее было пожелание Вовы не выходить через перевал Аршанский, так как последние несколько лет подряд приходилось делать именно это, и так как с нами нет новичков, а идут все люди не по первому разу, запланировать маршрут более беговым. Ну с этим-то проблем никогда нет, а вот найти интересный нехоженый путь значительно сложнее. Китойские гольцы не такие уж и большие, и за прошлые выходы мы прошли все более-менее логичные линии. Остались только эксклюзивные места, а в простонародье: "куда Макар телят не гонял". В этот раз такой изюминкой маршрута будет связка речек Кутежан-Жалга и Хунды-Гол через перевал Хмельницкий. Никаких материалов о прохождении этих мест найти не удалось. Все эти термины для нас абсолютно новы. Правда, сразу настораживает название перевала. Из него следует, что перевал открывали хохлы, а что еще более удручающе; хохлы западные. А как известно, от бандеровцев ничего хорошего ждать не приходиться. Утешало только то что перевал открывали в далекие советские времена, когда не только хмельницкие, но даже львовские и ивано-франковские ребята дышали ровно и были нашими братьями.

Но вот наступает день "Ч". По старой традиции, ровно в 12 ночи подъезжает микроавтобус, и в него начинается загрузка экспедиции. Момент это ответственный, так как у нас уже имеется опыт забывания различных вещей, вплоть до лыж. На этот раз нас пятеро. Мы с Вовой, Коля (для него это второй поход), Валя (идет в третий раз), и Валентин. На нем стоит задержаться. Он ходил с нами несколько походов, но последний раз это было лет пять назад. С тех пор Валек много чего повидал. Хотел поступить в школу горных гидов в Шамони, прослужил два с лишним года во Французском Иностранном легионе, бомжевал в Париже, путешествовал по Европе, проехал автостопом всю Россию, занимался голодание и сыроеданием, отрастил бороду лопатой и облагородился, короче, стал очень колоритной личностью.

Каждому из нас достается спальное место, водителю дана директива ехать не очень быстро, чтоб не потревожить сон, и мы отчаливаем. Нам нужно прибыть к Самарте уже посветлу, чтоб не тыкаться в темноте, а сразу потопать в нужном направлении. Сладкий сон прерывается только в Мондах. Товарищ в погонах требует от нас паспорта и пропуск в погранзону. У нас нет ни того ни другого. Я ему объясняю: "Мы идем в лыжный поход по Китою вниз". Мне кажется, что я выразился максимально ясно. Ведь даже школьник знает, что Китой течет в сторону противоположную монгольской границе. Но не тут то было. Пограничник закрывает дверь и минут пять его нет. Видимо в это время он обдумывал услышанное. Дверь снова открывается: "Как же вы пойдете без паспортов, вдруг вас встретит пограничный наряд?". Тут слово берет Вова: "Мы идем в сторону Аршана". Видимо товарищ знает где Аршан. Он машет рукой: "Езжайте". Тут только до меня доходит серьезность ситуации. Окажись на месте этого пограничника настоящий товарищ прапорщик, нам бы пришлось просто разворачиваться назад. Ну да ладно. Спим дальше. В сумерках, завидев впереди огни, чуть было не вылезли раньше чем нужно, но Вова вовремя достал GPS и объявил, что до Самарты еще 8 км. Надо же, а мы и не замечали раньше, что перед Самартой есть какой то поселок.

Но вот высаживаемся в хорошо знакомом месте. Уже рассвело, и прямо перед нами стоит гора Малахай, которую невозможно спутать. Она и вправду напоминает колпак правильной формы. Прямо под ней наш первый перевал. Кажется как-то прохладно, но мы списываем на адаптацию. Ничего, привыкнем. Встаем на лыжи и начинаем наматывать километры.


Первые метры
похода
Подъем на перевал
Малахай-Жалга
Долина
Саган-Сайра
Второй день.
Свежо
Подъем на перевал
Оспин-Дабан

В первый день у нас по плану пройти первый перевал и максимально подойти под второй, то есть ночевка выше леса. Но на подходе к границе леса начинают точить сомнения. Теплее не стало ничуть. К тому же дует сильный ветер, а наверху он будет еще сильней. Да и палатка после ремонта дуг ни разу не ставилась в походных условиях. Так что тренироваться в установке палатки пришлось бы в экстремальных условиях. В былые года мы бы не запарились по таким мелочам, и перли бы до упора, ну а дальше как получится. Но сейчас у нас уже имеется определенный опыт подобных ситуаций, который не дает легко и непринужденно лететь вперед. Помнится, после одного из таких подходов участник поимел обморожение, которое он до сих пор мне припоминает. Хотя, при чем здесь я. В конце концов я же не лил ему на ноги жидкий азот. Ну, короче, отягащенные грузом пережитого, мы сдулись, и встали на ночевку в последнем лесочке. Вечерком решили замерить температуру и оказалось ниже тридцати. Первая ночевка это и так всегда кошмар, а тут еще цифра 30 не дает расслабиться. В дальнейшем, чтоб сберечь себе нервы, подобных замеров не производили.


Деревня
дураков
Валюшка
у танка
Рассвет
над Онотом
Прохождение
скоростных участков
Олени
встретились

Утром бодро топаем вперед. Сегодня по плану у нас ночевка в тепле, поэтому есть смысл торопиться. На дворе так свежо, что даже не останавливаемся на обед, больше пяти минут не простоишь. Наш путь лежит через перевал Оспин-Дабан в заброшенный геологический поселок. Через перевал, еще в советские времена, была проложена дорога, затем предпринимались попытки начать добычу золота, но что там делается сейчас мы не знаем. Уже на подходах видно, что здесь кипит жизнь. По дороге туда-сюда проносятся бураны. Первый же драйвер, притормозивший возле нас, ввел нас в курс дела. Нефритовая лихорадка. Все местное население на ушах. Китайцы скупают нефрит по очень хорошей цене, и селяне, забросив своих коров и огороды, рванули в горы. Через перевал на сегоходах идет непрерывный грузовой поток. В дальнейшем выяснился серьезный размах мероприятия. В долине Онота кроме людей, которых никто не считал, работают несколько десятков снегоходов и несколько геологических вездеходов. Встречные товарищи обрисовали нам примерную картину процесса. На поверхность в этом районе выходят несколько нефритовых жил, и часть товарищей копается в них. Но там, как правило, камень низкого качества. А райончик с самым лучшим камнем уже давно занят государственным рудником, который охраняют автоматчики. Но в отвалах рудника все еще встречаются достойные экземпляры. И по словам добытчиков, работа на отвале напоминает фронтовую полосу. В темноте товарищи с фонариками роются в камнях, а сверху другие товарищи постреливают из ракетниц, а когда им кажется что движуха уж сильно активная развлекаются стрельбой из автоматиков. Для нас из всей этой занимательной истории было важным только то, что дорога впереди нас укатана бураном. Действительно спуск с перевала ничем не отличался от дороги по Комару. Желание попасть в тепло было таким сильным, что уже в три часа мы были в поселке. Первый раз мы были здесь лет десять назад, и за поселком закрепилось название "деревня дураков" по аналогии с популярной в то время программой. Тогда это был чистенький таежный поселок, абсолютная тишина и отсутствие человека. Сейчас же это перевалочная база добытчиков, и впечатления от нее только удручающие.

Ну да ладно, зато утром мы катимся по укатанной дороге. В этом есть несомненные плюсы. Дорога по большой дуге обходит водопад, на обход или спуск с которого всегда тратилось больше чем полчаса, и выходит на лед. До обеда пролетаем три четверти запланированного дневного перехода. Пока все прекрасно. Единственный неприятный эпизод – поломка у Вовы скобы на ботинке. Помнится, когда такие ботинки только появились, они казались совершенными, это была революция в лыжном туризме. И для меня как гром среди ясного неба было вырвать скобу из ботинка. Тем более, что происходило это в верховьях Правой Бюлюты, и выгребать оттуда было неблизко. С тех пор авария ботинка стала делом привычным и в поход с Братска привезли три! запасные скобы. И вот задействована уже вторая (первую использовал Валек, чтоб укрепить ботинок "на всякий случай"). Но приближается сворот с Онота на Кутежан-Жалга про которую ничего не известно. Хорошо бы встретить на речке голый лед, по которому можно быстро забежать в кошечках! Но хорошее не может длиться слишком долго. Первый же взгляд на речку дает понять-халява кончилась. Рельеф самый косячный: крупные валуны под толстым слоем снега, а под ним еще и журчит вода. Снега очень много, но лазать в лыжах по таким буеракам невозможно. Ползем пешком, пробуя то берегом, то руслом. Периодически кто-то проваливается. Вечереет. Под конец ломимся полностью по берегу, и в определенный момент просто падаем на склоне. Все. Ночуем. Это наш первый рабочий день от рассвета до заката, но Вова не дает участникам расслабиться тем, что завтрашний день будет еще тяжелей. В это охотно вериться: продвижение очень медленное, а мы еще и близко не подошли к границе леса.


Укатанная
дорога кончилась
Речка
Кутежан-Жалга
Входим
в Кутежан-Жалга
Хождение
по обочинам
Вырвана
вторая скоба

Утром еще по темноте выходим. Долина выполаживается, и рельеф улучшается. Можно идти на лыжах, но тропежка очень тяжелая. Скорей бы граница леса; там должен начаться наст. Бац! У Вовы ломается вторая скоба, приходится задействовать последний ремкомплект. Вова остается в сугробе на ремонт, мы медленно ползем дальше. Тут нас радует Валентин, который сообщает, что вчера он подморозил ноги, но не стал приковывать к этому внимание общественности. Сейчас общественность на это реагирует вяло: все равно ничего не сделать, только идти вперед. Наконец мы медленно подползаем к границе леса, снег твердеет, в цирке видны очертания гребней. Движение ускоряется, я уже разглядываю какая дырка может быть нашим перевалом, как вдруг снизу слышится крик. Вова машет нам рукой: "Не туда идем!". Оказывается, мы прошли отворот на наш перевал, и теперь он находится сзади слева. Тут надо сказать, что Вова до этого регулярно доставал GPS и объявлял наше местоположение. Я расслабился и даже не смотрел по сторонам. В определенный момент Вова, занятый ремонтом ботинка, вовремя не достал прибор, а мы упилили не в ту сторону. Да уж, перевал действительно оказался с подлянкой. Возвращаться ну никак не хочется. Первый (и последний) раз за поход достается карта. Помнится как-то в один из моментов истории Владимир Ильич заявил: "Товарищи! Лозунг "Вся власть советам!" снимается с повестки дня, как неактуальный!". Так и у нас дается обновленная директива: "перевал Хмельницкий и речка Хунды-Гол забываются, как не оправдавшие доверия. На повестку дня выдвигается сочетание перевал Жарок и речка Ара-Хушун-Жалга!". Участники встречают весть радостными возгласами и бросанием вверх различных головных уборов. Был это Жарок или не Жарок мы не знаем. Простой перелаз через гребень между н/к и 1а, но речка совпадала с нарисованной на карте и текла в нужную сторону. Правда в нижней части речки нарисован длиннющий каньон и это несколько нервирует. Красивый цирк, приятный спуск на лыжах. Входим в лес, а здесь как назло – зимуха! Черт! Это очень сильное искушение, ведь еще два часа светлого времени. Держим совет, одновременно перекусываем, так как обеда сегодня понятно нет, а день, судя по всему, предстоит длинный. Немного портят аппетит обмороженные пальцы Валька, которые он предъявил на всеобщее обозрение. Про обморожение (а в прочем и ожоги) конечностей и ход их лечения мы можем уже читать лекции в мед. вузе, поэтому Вальку выдаются четкие указания по лечению и подробный прогноз на протекание процесса. Совет закончился решением идти. Впереди непонятный каньон, не хочется портить им начало завтрашнего дня, да и Валек горячо поддержал это решение. Для него пошел отсчет времени, каждая лишняя минута похода будет усугублять положение. Входим в каньон. Сразу ясно, что сегодняшний день будет заканчиваться под знаком воды. Участки мокрого льда чередуются с глубоким снегом, под которым так же вода. Обойти мокрые места невозможно, порой приходится просто брести по лодыжки в воде. При этом стены сужаются, а окрестные склоны становятся все круче. Я с ужасом думаю, что если встретиться реальный сброс, то для облаза придется лезть под самое небо. У нас есть тонкая веревка для поддержки штанов, но без обвязок и крепежного барахла ни о каких дюльферах можно и не думать. И вот самое сильное сужение, за ним видно конец каньона. Вова идет на разведку, а я уже представляю, как мы лезем на стены в сгущающихся сумерках и тяжелый рабочий день превращается в тяжелую рабочую ночь. Но видимо равновесие в природе все-таки существует, и темная полоска бытия неизбежно должна смениться светлой. Проход есть! Мокрый лед при всей своей противности очень хорошо держит кошки и позволяет спокойно проходить даже очень крутые участки. Спаслись! Выходим на Горлык-Гол и встаем на ночевку. Сегодняшняя ошибка в географии удлиняет наш путь примерно на полдня. По берегу Горлык-Гола идет дорога! Да что такое твориться в Саянах! Как известно, дорога от Саган-Сайра через перевал доходила до Борто-Гола, а это километров двадцать отсюда. Чтоб вести дорожные работы в горном ущелье нужны очень веские основания. Видно, что работы велись этим летом, находим временный лагерь строителей. Мы вышли на конец дороги, но похоже, ее собираются тянуть до Китоя.


Верховья
р.Кутежан-Жалга
Перевал
Жарок
Подъем
на перевал
На перевале

Спуск в долину
Ара-Хушун-Жалга

Утром за два часа доходим до Китоя и начинается беговая часть. Участникам дается традиционная установка не расслабляться, день будет тяжелым, надо нагонять отставание от графика. По Китою идет лыжня и это очень большой плюс. Правда протроплено коряво, участники были уж очень осторожные, закладывали огромные петли при виде любых подозрительных мест, а местами и вовсе ломились по лесу. Тем не менее километраж набирается хорошо. В районе Ехэгола находим останки большого изюбря. На снегу и раньше встречались волчьи следы, но мы особо не обращали на них внимание, а тут... Видно что волки пировали здесь долго. Хотя от копытного остался только несколько костей и содержимое кишечника, видно, что зверь был очень большой. Все это достаточно свежее. Наш старый охотник тут же заметил, что хребтина обглодана недостаточно чисто, и серые товарищи должны обязательно вернуться, чтобы исправить ситуацию. Хотя мы и не воспринимаем волчий фактор всерьез, хочется быть от этого места подальше. К вечеру входим в Моткины щеки. С трудом находим площадку на берегу и ждем Валентина. Если пересеченная местность позволяет нивелировать скорость группы, то на ровных участках обмороженные конечности не позволяют развивать максимальную скорость. Валентин подходит уже при свете луны. Все нормально.

Очередной день. Как ни странно, он будет опять очень тяжелым. Нам надо дойти до базы напротив Ихе-Гола, а это очень длинный перегон. Проходим последний каньон Моткиных щек, периодически спрямляя каракули лыжни. Подходим к устью Шумака. Вот те раз! Лыжня завернула на Шумак. Какой-то абсолютно нелогичный маршрут. А мы то надеялись, что лыжня дойдет до Аршанского. Но пока это не страшно. Появилась охотничья тропа. Правда она пешеходная, но это лучше, чем тропить глубокий снег на Китое. Обедаем на Билютинском зимовье. Видно, что припасы доставлялись сюда не на горбу: в зимухе стоит большой газовый баллон! Еще один марш-бросок, и к вечеру мы на базе. Здесь уже пять лет живет дядя Витя, и мы с ним знакомы по прошлым выходам. Он нам пересказывает последние сплетни; в основном про летние события, когда здесь кипит жизнь. Цивилизация наступает и здесь. Народ на аэролодках приезжает порыбачить и культурно отдохнуть просто на выходные. Каякеры, после Билютинских водопадов, расслабляются перед выходом в населенку. Поведал нам классический сюжет из "Особенностей национальной охоты". Вечером прекрасно общался с англоизычными клиентами Томаса, а утром они абсолютно не понимали друг друга.


Жизнерадостный
Николай
Каньон под
знаком воды
Каньон
Горлык-Гола
Китойские
просторы
Ледовые фантазии
Моткиных щек

У нас же идет процесс принятия очередного решения. Валентину надо побыстрее в больничку. Да и, честно говоря, после гонок последних дней уже никто не горит энтузиазмом ломиться в эксклюзивные места. Снега так много, что даже переход через нетропленный Аршанский не выглядит плевым делом.

В плане отдыха позволяем себе поспать на базе подольше и в обед выходим. Перевал Аршанский хорош тем, что позволяет за день перепрыгнуть с Китоя прямо в Аршан. Но... Только при наличие тропы. Без канавы все становится значительно интереснее. Рельеф Федюшки практически нигде не позволяет идти на лыжах. Лес подходит под сам перевал, а значит наста не предвидится. И, главное, все это на подъем. За шесть часов тяжелой тропежки доходим до стрелки. Пока терпимо. Смущает только то, что впереди узкая горловина входа в цирк, в которой и в хорошие-то года много снега, а сейчас и представить страшно.

Утром, уже традиционно, выходим в сумерках. Всем хочется побыстрей почувствовать запах поз, который, по легенде, ощущается на перевале. Но пока до этого далеко. Подтверждаются самые худшие прогнозы. Снега не просто много. Его ОЧЕНЬ много! Он проморожен насквозь и эта сухая рассыпчатая смесь не позволяет формировать ступени. Пробуем тропить на лыжах, без лыж, с рюкзаком, без рюкзака. Со стороны это выглядит даже забавно: взрослые мужики роются по грудь в снегу без эмоций и практически без разговоров. Слышны только редкие реплики: "Может вылезти на боковину? Нет, там тоже самое". За пять часов проходим не больше километра, но входим в цирк. Здесь начинается наст и хочется припрыжку побежать к перевалу. Но это вариант для малодушных товарищей. С такой снежной обстановкой лезть на перевал в лоб можно только от полного безысхода. Решительно поворачиваем на левый лесистый склон и... Опять снег по ноздри.


В гостях
у дяди Вити
Подход
к цирку
Восьмой
час тропежки
На Аршанском

Финиш похода.
Жемчуг

Обед состоит из кусочека колбаски. Почему-то на базе было решено, что не стоит тащить лишний груз через перевал и часть продуктов была оставлена. Обедать мы собирались уже в лесу на той стороне, а вместо этого сидим в сугробе, и перспектива не очень... Барахтаемся дальше. Тропежка идет уже восьмой час. Слышно только бормотание Вали: "Что ты там говоришь, Валюшка?". В ответ: "Я психую!". В былые года здесь уже начинался приличный наст, а сейчас крупа до самого гребня. Лес редеет, и можно поискать счастья на открытых участках, вдруг там наст. Но для этого надо выходить на середину, а снег такой что даже незначительный уклон вызывает подозрение, и мы жмемся к скалам. Что-то как-то затянулась темная полоса. Даже если на той стороне перевала нас ждет канатная дорога, это не будет достаточной компенсацией за пережитые мучения. Впрочем и наличие канатки как-то маловероятно. Но, опять же, все когда-то кончается, и в шесть вечера мы стоим на перевале. Запах поз никто не ощущает, так как ломиться в Аршан на ночь глядя ни у кого нет моральных сил. На этой стороне совершенно нормальный снег, встаем на лыжи и начинаем подрезать склон вправо, выруливая на тропу с Надежды. А ее нет. Испытываем последний шок в этом походе. Такого не может быть! Разворачиваемся круто влево, и начинаем резать склон в обратную сторону. Ниже в лесу, наконец, пересекаем полузаметенную канаву. Наверху она была полностью переметена, и мы ее не заметили. Слава богу! Теперь точно спаслись!

Вечером у участников начинается невероятный жор. Пружина нервного напряжения ослабевает и ребята себя не контролируют. После того как стандартная пайка пельменей, усиленная мясными колобахами бесследно исчезает, выгребается все оставшееся съестное. Заваривается бадья растворимого картофеля, в топку кидается полуразогретая сайра, оставшиеся сухари, конфеты еще что-то. В довершении всего Валек заваривает доширак, не уставая приговаривать, как он вреден для здоровья. В общем, вечер удался.

Утро приносит только положительные эмоции. Даже не завтракая участники подрываются в Аршан, ну а там все как положено: пиво, Жемчуг, позы. Жизнь прекрасна! Как хорошо, что есть на свете горы, но так-же крайне важно, что есть на свете мы!