в Иркутске 14:18, Окт. 23:t +12°C

Край, похитивший душу

Автор:Александр Абаев(Aleksandr)
Опубликовано:10.02.2010
Ключевые слова: горный туризм, горы, Кодар

Участники:

  1. Корбатов Андрей, руководитель
  2. Абаев Александр, завхоз, автор этого повествования
  3. Бараков Александр, ремонтник

Сроки: июль – август 2009г.

Карта маршрута

Наш маршрут (4 к.с.): станция Леприндо – р. Мергели – пер. Правая Хадатканда (н/к) – р. Правая Хадатканда – пер. Следопыт (1а) – р. Олений Рог – пер. Семь гномов (1а) – пер. Верхнесакуканский (н/к) – пер. Советских географов (2а) – р. Ледниковая – р. Левая Сыгыкта – р. Птичий – пер. Спартак (2а) – р. Бурячи – р. Апсат – поселок Чара – урочище Чарские пески – станция Новая Чара. + Посещение Гоуджекита.

Если спросят меня: "Куда бы я хотел вернуться еще раз?", – то, не задумываясь, отвечу: "На Кодар!".

В столь сказочном месте, вдали от плотно населенной части нашей страны, севернее 56° с.ш., у уже однопутного БАМа, возвышается горная цепь, приковавшая наше внимание на это лето. Кодар – это слово будоражит сердца путешественников. В переводе с эвенкийского языка означает "скалистые горы".

Это крайний северо-восточный хребет системы Станового нагорья. Его протяженность превышает 250 километров, а пики поднимаются ввысь до отметок в 3 тыс. метров. Самая высшая – пик Бам (3075). Среди остроконечных вершин затерялось множество ледников, называемых многими гляциологами ласково "леднички", из-за их небольшого размера.

Реки района являются притоками Витима и Чары и относятся к бассейну реки Лены.

Суровый край, принимай гостей!
На "Комете"

И так, начало. Конец июля, один из приятных солнечных дней мы встречаем на палубе "Кометы", уносящей нас на север Байкала. На небе ни облака, полный штиль. Байкальский хребет во всей красе тонет в стали воды. Гудит мотор. Потягивая чай из больших стаканов, наслаждаемся видами. Байкал – изумителен.

Время за разговорами пролетает быстро. Вот и мыс Рытый, затем Котельниковский и старинное село Байкальское.

Выгружаемся на пристани в Северобайкальске. Сегодня переночуем на берегу, а завтра поезд до станции Леприндо – начала нашего маршрута. На Байкале рябит, ветер нагоняет волну.

Фасовка на
берегу Байкала

До глубокой ночи расфасовывали продукты, перебирали вещи.

Вокзал в
Северобайкальске

Утром отправились на вокзал. Наш поезд вечером, и мы вдоволь нагулялись по Северобайкальску.

Поезд выставили заранее. Протиснувшись сквозь узкий вход в вагон, располагаемся на местах, закидываем тяжелые рюкзаки наверх. Теперь до утра будем глазеть в окно на окружающий пейзаж.

Утро не принесло ожидаемой теплоты встречи с горами – на небе облачно и идет дождь. Высадились на одинокой бамовской станции Леприндо.

Станция Леприндо –
начало пути

Дождались, когда поезд тронется, надели рюкзаки и, сопровождаемые комарами, двинулись в путь. Комаров здесь много, им даже не мешает дождь.

Вскоре мокрый прием сменился просто пасмурной погодой, и мы с радостью уходили вглубь гор.

Изумительный край Кодар. Даже и не сразу подберешь слова, чтобы выразить его величие, мощь, тайну.

Реки его настолько прозрачны, что отдают бирюзой, по берегам много цветов, напоминающих расписной киргизский самотканый ковер. Языками спускаются по бортам долин многометровые стланики, пряча в себе следы медведей. Их зелень нарушают каменные осыпи, по которым порой серебряной ниткой бежит вода. В русле и по берегам сохраняются зимние наледи, тихонько тают за лето.

Уходящие в небо склоны заканчиваются зубчатыми бастионами вершин. Стены, стены, осыпи, ледники, озера.

Полчища комаров и гнуса обрушиваются на путников, отважившихся ступить в этот край. Без накомарников тяжело.

р. Правая
Хадатканда
Кодарские
комары
Мы на перевале
Следопыт
Подходы к перевалу
Семь гномов
Истоки Левой
Сыгыкты

Гнус настолько растравлен, что лезет в горячую чашку с супом, находя там смерть и доставляя нам неудобство, в виде постоянного отлова черных точек из тарелки.

К ледникам.
Перевал
Верхнесакуканский
Цирк ледника
Бобина

Четвертый день пути сроднил с горами. Изрядно потрепавшись в стланиках, побродив через реки и ручьи, мы подошли к леднику Бобина. На дне правильного цирка втиснулась чуть наклонным полем ледовая масса. Красота. Все как в больших горах – лишь выдают размеры.

По леднику бегут талые потоки, везде промоины под толщей снега. Холод крадется под одежду, ободряет и спасает от раскаленного солнца.

Подъем на перевал
Советских географов
Cторона спуска
Спуск с
перевала

Утром подъем на перевал Советских географов. Отработав на веревках, спустились в цирк, занятый ледником Советских географов. Из него рождается и уноситься в низ, к Левой Сыгыкте, река Ледниковая – по ее долине наш путь.

Встреча с "хозяином".

Мы шли вниз, подальше из цирка, где лежащий ледник невидимыми щупальцами холода пробирался под одежду, и хоть лето было в разгаре, но здесь, в высокогорье, по спине пробегала дрожь.

Перевал Советских географов оказался не очень сложным, был забит снегом, поэтому мы очень сильно вымокли и мечтали переодеться. Вперед, вниз к реке, там, за ригелем, были видны аккуратные языки террас. Долина звала приятной зеленью, а река обещала долгожданный отдых ногам, после дня тяжелой работы в кошках и сырых ботинках.

Здесь был "Хозяин"

Иду первым. Уже приметил площадку, на которой разместим лагерь. Как хорошо – совсем рядом речка! Бегу и вижу только ее, мои спутники сзади. Уже предвкушал минуты отдыха, когда сниму тяжелый рюкзак и плечи ощутят свободу, можно будет упасть на спину и полюбоваться чистым небом... Однако мои, размышления были прерванным столь нежданным возгласом: "Саня, медведь!". Я остановился и увидел его совсем рядом на склоне, с другой стороны реки. Вот тебе и здравствуйте! Что же ты, миша, забыл здесь, в гольцах? Ах, вижу, корни тебя интересуют, ишь как лапами наяриваешь!

Ни страха в душе, ни тревоги – одно любопытство. Снимаю аккуратно рюкзак и сажусь на него. Ветер к нам – значит долго не учует. Наблюдаем за хозяином наших лесов и, как теперь видим, гор. Он большой, бурой масти, темноват, но очень массивен и ловок в своих действиях. Размеренно щупает лежащие камни, роет грунт, добывая себе лакомство.

Потихоньку перемещается ближе к нам. Так, вот этого не надо! Поднимаюсь, беру рюкзак и отползаю в ложбину, по ней уже вместе перебираемся выше по склону. Так, что же предпримем? Кто его, медведя, знает, что у него на уме? Я-то уверен, что он, учуяв нас, убежит, однако как считает он? А если захочет ночью или утром полюбопытствовать, что внутри нашей палатки. Сидим и наблюдаем за ним из-за кустов карликовой ивки. Желаем ему всех земных благ, только бы ушел. Однако тот и не собирается этого делать. Что же выйти к нему?

Вдруг на седле перевала, как не странно называющегося Медвежьим, напротив нас, показались люди. Миша насторожился, поднял голову и дал такого тягу вниз по долине, что, думаю, ему позавидовал бы любой спортсмен.

Как быстро, порой, приходит решение проблем – и вот наша палатка стоит на берегу реки. Готовим ужин и наблюдаем, как те двое ищут заветный колуар перевала Медвежий. Нашли. Спускаются, но встали далеко от нас на другой стороне реки – ладно, завтра встретимся.

Сквозь тернии Ледниковой – Сыгыкты.
Горелый стланик и
карликовые березки
в долине
Левой Сыгыкты
Июльские "дары"
Кодара – ревень

Тернии – пожалуй, по-другому и не скажешь о том, что ждало нас ниже по долине. Утром, под сопровождение мошки вошли в стланиковые заросли. Оказывается, они настолько плотно любят встречать гостей, что не дают проходу. Мало того, что кедровый стланик цепляется за одежду и рюкзаки, так еще снизу тихо притаилась карликовая березка, которая довершает интимность объятий.

Встретились с теми двумя. Стопшики. Приехали погулять на Кодар. Парень с девушкой.

Переночевали перед долиной Сыгыкты, а на утро ждал еще более приятный сюрприз – скелеты сгоревшего стланика настолько плотно лежали на пути, что порой не хватало слов, чтоб выразить всю нелегкость положения. Это украшалось и сглаживалось зарослями ревня, из которого по вечерам варили компот.

Изумительный ручей
Птичий
Взяли перевал
Спартак

Большой радостью, после трех дней по стланикам, был выход в долину ручья Птичьего, где по огромным плитам пород бежала хрусталь воды. Во многих местах водный поток терял русло и падал с плиты вниз, разбиваясь на тысячи капель. Водопады были изумительной красоты. В верховьях ждал перевал Спартак. Переночевали у его подножья.

На следующий день успешно его взяв, мы остановились на полудневку в истоках ручья Бурячи. Здесь много озер. Гладь воды до сих пор не полностью освободилась от ледового панциря и по поверхности плавают или жмутся друг к другу льдины. Мы не удержались и искупнулись. Эх! Хороша водица! Да холодна.

Здравствуйте, дети тайги!
Ручей Бурячи,
спускаемся к Апсату

Утром снова по пути начал попадаться лес. Одинокие лиственницы пробрались в гольцы. Чуть ниже видим полосу кедрового стланика. Затаился. Ждет. Куда денемся – ну здравствуй! Тропа залита водой. Сыро после утреннего дождя. Еще и с веток стланика сыпется морось.

Попадаются старые загоны для оленей. Видно эвенки кочевали в этих местах. Спускаемся к Апсату. Долина его широка, в русле много остатков наледей. По берегу везде следы таборов эвенков, стоянок нашего брата.

Эвенки кочуют
вверх по Апсату

Обед. Дождался – собираюсь идти половить хариуса. Вдруг в кустах у лагеря появились лайки. Стали принюхиваться и бегать около нас. На берегу показался караван эвенков. Вот значит, проказницы, вы с кем! Удивительно – наконец встретились. Идем на берег. Караван ведут двое. Прямо по береговой гальке олени тащат груженые нарты.

Поздоровались. Они без сеток и накомарников, видать не ест их гнус – свои здесь.

Говорят, что переезжают выше – меняют место. Постояли и они тронулись в путь выше по реке. Сегодня еще вернуться на нижнюю стоянку.

Попробовал покидать мушки – ни одной поклевки. Подтвердились слова эвенка: выше водопада рыба не берет.

Пока пробовал, караван вернулся обратно, уже с пустыми санями. Не упустил момента сфотографироваться с ними.

Вернулся в лагерь. Сборы и в путь, выходим по долине.

Жители тайги
Удалось порыбачить
– хариус!

Сквозь кусты потянуло дымком, за следующим поворотом показались остовы чумов, груженые нарты, олени, жмущиеся к дымокурам. Ого! Вот мы и на настоящем (уточню – современном) таборе эвенков. Их четверо – старики, муж с женой и их дети (с последними мы познакомились раньше).

Все бросается в глаза: берестяные чумашки, дымокуры, нарты – их немудреная таежная утварь. Эх? послушать бы рассказы, посидеть с ними у костра, но нам не по пути – они уходят выше. Прощаемся и расходимся каждые в свою сторону. Мы идем до водопада.

Там красота. Апсат всей своей массой валится с семиметровой высоты, ниже зажат в каньоне, делает две петли и разливается.

Под водопадом хорошо берет хариус. Он здесь длинный и плоский, скорость течения большая – жира лишнего не нагуляешь, сопротивление потоку большое будет.

Космические силы.
На выходе. Ночуем
у озера Зарод

Еще день пути и нам открылось теплое озеро Зарод. Ночуем на дальнем (в сторону Чарской котловины) берегу, на бугре. Все – скоро выйдем из гор. Последнее напоминание – вершина Зарод, на другой стороне озера. Вокруг ее скального утеса вьются ласточки.

Наловил окуней. Вечером и часть ночи жарили их на рожнах. Искры костра уносило ветром во тьму над озером. И тут на ночном небе показалась яркая вспышка. Крупный болид вошел в атмосферу. Осветил небо, отразился в озере – напугал окуней, те дружно плеснулись. Светящейся чертой ушел за горизонт, подарив минуты завораживающей картины. Я так и простоял с миской в руках на берегу, наблюдал, как он сгорал в атмосфере.

Разговоры с новой силой оживились и уже глубокой ночью ушли в палатку.

Sandboard на Чарских песках или веселые покатушки!

Не без приключений добрались до Чары. Бродили по болотам, покосам, ехали на старой Ниве. Собственно водитель и оставил нас у себя на ночлег. Его жена угостила вкусным хлебом, огурцами, молоком – это, после раскладного питания было праздником.

Переночевали на летней кухне, там стоял телевизор – ура! Совсем цивилизация!

Утром наладились на Чарские пески. Знаменитое геоморфологическое урочище, располагающиеся в пяти километрах от Чары. Происхождение которого до сих пор не нашло однозначной трактовки.

Переправились вброд через спокойный Сакукан, пройдя немного по лесу, вышли к краю песков.

В Чарских песках
Барханы и
лиственницы

Огромные барханы были пронизаны лиственницами и кустиками травы, возвышались полумесяцами. Кое-где были переметенные следы, рисующие в воображении картины прошедших караванов. Все как в настоящей тропической пустыне, лишь лиственницы своим присутствием возвращают на 56? северной широты.

На заднем плане возвышался темнеющей полосой Кодар. Что ж, мы прошли через район. Спасибо за хорошую дорогу!

С одного из барханов попытались съехать – но пески под низом оказались сырыми и это вышло только у Санька – он подстелил под мягкое место куртку. Удалось даже это снять. Он настоящий сендбордист!

Гоуджекит и дорога домой.
Чароит. Даже в полу
вокзала на станции
Корпус горячих
ванн Гоуджекита

Поездом приехали в Северобайкальск. После всего пережитого было очень приятно зависнуть в горячих ваннах Гоуджекита. Главное не переусердствовать.

После ванн был снова Северобайкальск, йогурт, коржики и поезд, уже до Иркутска.