в Иркутске 04:06, Окт. 20:t  0°C

Путешествие вглубь земли

Автор:Ирина Ульянова(irulya)
Опубликовано:18.06.2008
Ключевые слова: Тажеран, пещера, Ая, Бугульдейка

Тажеранские степи... Тажераны... Вслушайтесь, какое музыкальное название – звучит сопрано – Та-же-ра-ны. Тут гуляет вольный ветер, тут небо дружит с землей, тут огромный простор и глазу почти не за что уцепиться, только отдельные каменные курганы, да невысокие травы, волнами кланяющиеся земле-матери. В начале мая здесь под ногами еще похрустывают прошлогодние, измотанные долгой зимой травы, но уже улыбаются, глядя снизу вверх, первые весенние цветы – василькового цвета мохнатые подснежники, высокое солнце слепит глаза, отражаясь от блеклой желтизны сухостоя, а небо обнимает все – и землю, и солнце, и Байкал, и меня. Здесь нет гордого величия гор, здесь нет душевной теплоты тайги, здесь царит спокойствие и широта.

Марта – вратарь

Мы – это "великолепная семерка" и вратарь (Данила, Таня, Наташа, Леня, Ваня, мой сын Сашка, я и... Марта, для несведущих Марта – любимая собака Вани) – едем с вполне конкретной целью – пещеры. Для меня просто удивительно, что в степи есть пещеры. Не зная о них ничего, у меня очень давно создался этакий "пещерный" стереотип, т.е. что они должны быть обязательно где-то в горах, среди каменного величия, на худой конец – в лесу, но чтоб в степи!? Я, конечно, знала, что в Тажеранах есть это чудо, но как-то представлялось слабо. Так что вперед меня гнало, прежде всего, любопытство (а где это?) и непОнятое (а как это?). Вообще-то, мне действительно интересно было понять, что же такое необычное тянет людей, словно кротов, под землю. Стремление человека подняться вверх – это естественно (с момента рождения начинается природой определенное движение – выше-выше), но почему? почему же вниз? Скажу сразу, ответ, для себя лично, я так и не нашла, разве что отчасти. В нашей компании, как это обычно и бывает, есть слабое звено – Таня, Сашка и я. Мы в пещерном деле, не просто чайники, а медные, звенящие незнанием, чайники.

День 1
Одного колеса уже нет

В семь утра, как и договаривались, собираемся все у Лени. Распихиваем вещи, снарягу по машинам и выдвигаемся. По ходу дела, обнаруживаем, что Ванькиным Жигулям нужна подкачка, а запаски мечтают о шиномонтажке. К слову, запасок у Вани две, а вернее три. Третья – это просто колесный диск. У меня, как у начинающего автомобилиста, глаза просто вылезают из орбит от красноречивых Ваниных пояснений, что на ЭТОМ (диске) он едет, когда обе запаски проколоты – так уже было и в Тажеранах, и в Жигалово – и улыбается. Мне страшно, у меня только один-единственный желток и любимая машина, которую я ни за что не посажу на диск. Удивительный человек Шульц, в нем очень гармонично сочетаются безалаберность с ответственностью ))

Красавец – индюк

В половине десятого мы на выезде из города. Впереди – чаша с голубым небом, желтый блин солнца и уходящая в горизонт серая лента шоссе, впереди – дорога, Мраморный карьер и пещеры. В Косой степи заехали купить сметаны и творога, долго любовались на красавца-индюка, который, видимо, чувствуя наше неподдельное восхищение его яркой окраской, старательно и с удовольствием позировал нам – смешливым горожанам, вышагивая по подворью, словно манекенщица на подиуме.

Почти что
Дворец съездов

Промежуточный пункт нашего маршрута – Мраморный карьер – находится недалеко от деревни Бугульдейка. Дорога на Бугульдейку очень красива и живописна даже сейчас, когда природа только отряхивается ото сна – деревья и кустарники еще совершенно голые, а только что оттаявшая от снега земля сера и неприглядна. Вдоль дороги змейкой вьется одноименная речка – Бугульдейка, то весело щебеча, вырываясь из ледяной брони, то неожиданно затихая, скованная жестким панцирем. Ловлю себя на мысли, что обязательно приеду сюда в сентябре, полюбуюсь на буйство осенних красок, послушаю неистовую песню свободных вод Бугульдейки.

На въезде в деревню дыхание, буквально, спирает от восторга – отвесная гора вся так и искрится, так и переливается золотом. Наверное, это блестят слюдяные слои, но от этих переливов кажется, что гора живая и дышит, и лукаво подмигивает. Сашка хватает фотоаппарат и начинает щелкать, но, увы, на снимке ничего этого передать не удалось.

И что это
там внизу?

Мраморный карьер оказывается огромным колодцем с гладкими, уходящими вертикально вниз, бело-голубыми монолитными стенами. На дне и по краям лежат огромные глыбы нарезанного мрамора, но впечатляют именно стены – как во Дворце съездов, даже не верится, что это не творение рук человеческих, а работа матушки-природы.

Снова вниз

Так, не торопясь, по пути прихватывая дрова и воду, добираемся до места стоянки – до "дырки", как говорят "бывалые". Место удобное – с ровной, более-менее защищенной от ветра площадкой, выложенным костровищем, по бокам растут из земли каменные гряды, а впереди – Он, Байкал, это вечное чудо. На спокойной изумрудной глади дрейфуют редкие "айсбергчата" причудливой формы (бегемотик, например, так все три дня и проболтался в нашей акватории).

К вечеру поднимается холодный ветер и пробрасывает мокрый снег. Решаем спуститься в пещеру, "переждать непогоду". Кстати говоря, температура в пещерах величина удивительно постоянная – всегда +4, отклонение в ту или другую сторону возможно не более, чем на полградуса. Одеваемся по-настоящему – одного цвета, непродуваемые (зачем в пещере непродуваемые?), стойкие к истиранию комбинезоны с накладками на коленях и локтях, каски, налобные фонарики. Круто! "Команда спасателей спешит на помощь!" Нас ждет Ая (в переводе с бурятского – красивая).

И где тут вход?

У Наташи свой маршрут, новичкам недоступный, она пойдет или поползет, даже не знаю, как правильно сказать, в одного. Таню, Сашку и меня поведут опытные Леня и Данила. Задача Лени, нашего чудо-проводника, показать как лучше просочиться в щель, Данилы – замыкающего – никого не потерять и помочь при необходимости. Увидев вход в Аю, я понимаю, почему ребята говорят "дырка". Боже мой, на первый взгляд, просто невероятно, что в эту щель можно втиснуться взрослому человеку! А уж, сколько я сегодня наслушалась баек про Винни-Пухов (застрявших туристов-любителей). То, что у костра было веселым и смешным, вдруг становится возможной реальностью, а не хочется, ох как не хочется, стать героем будущего анекдота. Я мелко так паникую, но все-таки ныряю между камней, мысленно давая себе установку – только вперед, назад дороги нет. На самом деле, все оказывается не так уж страшно. Проползается и просачивается вполне нормально и даже комфортно. Мне нравится. Сашка, с детской непосредственностью просто пищит от восторга. Леня этот маршрут знает наизусть – здесь зацепись, там чуть спрыгни, здесь на животе, тут на спине, где-то нарастопырку, как паук, а местами просто сползи. Мы старательно исполняем эти пируэты. В тишине только и слышится – тук-тук – это наши головы время от времени, да чего уж врать – постоянно, встречаются с безмолвными каменными стенами. Прикольно. Каска – величайшее изобретение человечества. Ленька с Даней ведут нас по пещере со знанием дела. Это – Главный зал, здесь они по традиции зажигают свечу, чтоб оставить ее тем, кто придет после нас. От Главного зала паутинкой разбегается множество ходов. Примыкающий к нему "холл" никуда не ведет, но я просто очарована каменной ланью, образованной выступами и изгибами подземного мира и застывшей в вечном прыжке.

Мраморный зал Аи

Путешествие продолжается – это Мраморный зал, это Ледяной, это Музыкальный – и так до бесконечности. Я уже теряюсь в названиях и направлениях тем более. Больше всех запомнился Музыкальный зал. Зал – это, конечно, условно. Небольшое пространство полукруглыми сводами нависает над головой, в котором, собственно, сидишь, наполовину скрючившись. Легкими касаниями пальцев по своду, покрытому каролитами, Леня и Данила извлекают чарующие звуки – как звон хрустальных бокалов, только тише и чище. Черт возьми, камни поют! Мы отключаем фонарики и остаемся в полнейшей темноте. Темноте непередаваемой. То есть АБСОЛЮТНО полной. Я быстрыми, короткими движениями провожу рукой перед лицом, чувствую движение воздуха, но... не вижу абсолютно ничего!!! Шик! Теперь я знаю, что такое полная тьма. Впечатляет. И в этой густой темноте я тихо прошу Леню: "Сыграй". Это было настоящее волшебство.

В полнейшей тишине, в кромешной темноте
Звучала музыка камней -
Чуть слышный звон,
Рожден был он легчайшими движеньями руки.

Тьма не пугала – ведь рядом со мной друзья – а скорее удивляла. Во мраке плыл чуть слышный "хрустальный" перезвон, даря моменту какую-то тихую нежность. Ничто не отвлекает, есть только ты и музыка. Вот такая вот пещерная магия.

Далее наш путь лежит через множество других залов, лазов и щелей, по камням и влажной глине, пока не обрывается у отвесного колодца.

"Шкурник"

Леня решил, видимо, издевнуться, чтоб не расслаблялись, и потащил нас через "шкурник". Что такое "шкурник"? Это, когда ползешь, а окружающие "камушки гладят тебя по бокам и спине, и... в общем, везде тебя гладят". Сашка нырнул безрассудно. Я же паникую уже не по-детски. Передо мной худенький такой лаз, сзади подпирают Данила и Таня. В свете фонаря вижу пробивающегося, просачивающегося сквозь узкий лаз Сашку. Пульсом бьется мысль: "Я туда не хочу". Тупо сижу у входа, жалобно постанывая: "Я дальше не хочу, я не пойду". И уже обреченно понимаю – пойду, потому что остаться одной еще хуже. Три вдоха-выдоха, небольшое самовнушение, и я уже в норе. Стра-а-а-шно. Главное – не останавливаться, главное – двигаться. Все ужасно. Нет, совсем не так ужасно, а может и вообще не ужасно, все нормально – ползу и ползу. Подумаешь, голову нельзя поднять, а что ее поднимать-то, и так все видно, в смысле подо мной тропа, ползи и не парься, все однозначно. Жарко, то ли от страха, то ли от активного движения по-пластунски. Ура! Выползла, после тесноты "шкурника" небольшой зал с нависающими сводами кажется просторным и уютным. Повиснув на стенах, мирно спит парочка-тройка летучих мышей. Какие они, оказывается маленькие, но все равно противные.

У края колодца, Ая

У колодца встречаемся с Наташей, которая говорит, что спуск в колодец оставим на завтра после скальной тренировки, а сейчас пора "выходить в люди". Ползем обратно: голова – тук-тук, тело – шир-шир. Изредка мелькают черные тени вспугнутых светом и шумом летучих мышей. Очумело летят они на свет фонаря, бьются о каски. Как обычно, обратный путь был легче и быстрее. Вышли из пещеры уже в темноте. Нас встречали ночное небо с россыпью звезд и свежий, опьяняющий воздух.


День 2
Наташа по традиции
открывает купальный сезон
в Первомай...
...а Саша только
ножки мочит

Утро плавно перетекает в обед. Солнечно, тепло и лениво. Наташа навешивает веревки, Ваня с Данилой помогают нам одеть подвески. Очень сложная процедура, как можно разобраться в этой куче лямок и карабинов мне непонятно, поэтому отдаю себя в руки профессионалов. Ваня мимоходом шутит, утверждая, что это очень эротичное занятие. Ну, вот вроде и все, небольшой инструктаж по спуску-подъему, и первый пошел.

Сашке легче, он уже работал на жумарах в лагере СЮТУРа, я эту штуковину держу в руках первый раз. Скалка небольшая, метров семь-десять. Спуск дается легко и свободно, а вот изюминку подъема уловила не сразу, оттого и подъем был какой-то рваный. В общем, где-то около часа мы провели на скале, елозя по ней то вверх, то вниз. Ничего, вроде получается. И вот опять под землю. Сегодня как-то особенно странно спускаться вниз, когда здесь, наверху, бескрайнее синее небо, ласковое солнце, еле ощутимый теплый ветерок. Я уже узнаю изгибы и камни подземной тропы, сегодня все проходится легче и быстрее. Еще раза два-три пройти этот маршрут, и можно ползать на время.

Первый пошел!
Скальная тренировка

Вот и колодец. Наташа уже ждет нас на дне, Ваня страхует сверху. Спуск состоит, как бы, из трех частей. Первая и последняя – отвесная стена глубиной метров по пять каждая, вторая же представляет собой узкую щель, немного похожую на букву "Г". На дне колодца просторно, на стене термометр, который показывает неизменные плюс четыре. Пока спускалась через щель, опять испытала страх – смогу ли я на этом участке подняться обратно. Удивительно насколько быстро проносятся мысли под землей! Руки делают свою работу автоматически, не обращая внимания на "мозговую панику", вот ты уже внизу и получается, что наверх тебя, кроме самой, никто не поднимет, путь домой – это только твой путь, никто его не пройдет за тебя... и рядом с тобой тоже. Сверху и снизу друзья, они ободряют и дарят надежное чувство плеча – я не одна. Но это, все-таки, очень призрачно. Конечно, их участие, их голоса помогают, но справляться со всем придется самой, увы – щель для двоих слишком узка. Нависающие каменные стены не дают простора для "телесных" манипуляций, окружающая темнота не давит, а заставляет двигаться дальше, к свету Ванькиного фонаря. На полпути застряла – трос зацепился за торчащий каролит и не дает хода жумару. Ослабить веревку, чтоб подтянуть жумар, не получается – узко, ногу возможно согнуть в колене совсем чуть-чуть, а этого мало, силы в женских руках, чтобы просто выдернуть веревку из-под зацепа, тоже не хватает. Тыкаюсь, пыхчу, пробую – все напрасно. Но, удивительно, паники нет, наверное, я уже свыклась с подземельем. Ваня сверху, детально выяснив обстановку, дает инструкции – не получается. Пробую еще и еще, и вдруг, неожиданно веревка высвобождается, жумар плавно ползет вверх, ну и я вместе с ним тоже. Ванечка – ты гений! На последних сантиметрах пути, на изгибе, когда я ожидаю, что Ваня подаст мне руку и вытащит, этот "мерзавец" стоит как столб и улыбается – сама, сама, сама. Вылезла... Упреки о неподаной руке отскакивают от Вани рикошетом. И как награда звучит: "Молодец!" Все – теперь путь домой – к небу, солнцу или звездам (что там наверху, бог его знает). Тук-тук – голова, шир-шир – тело.

И вот они, родные и любимые – небо, облака, ветер, трава и Он – Байкал. Как хорошо на земле!!!

День 3

Хотели сходить в Октябрьскую. Не пошли – слишком долго спали. Ночь была холодной, а под утро солнышко пригрело бока палаток и мы, разомлев в спальниках, досапывали "тепло" ночи до полудня. Сборы затяжные, неторопливые, никто не хочет покидать это место быстро. Город не ждет, но никуда не денешься – надо. Странное это слово – надо. Рожденное как движением души, так и цивильной неизбежностью. Разве объяснишь?

Тажераны, как назло, провожают нас ласково. Завлекают ясным небом, обнимают желтыми травами, целуют теплым воздухом, стелющимся над степью. "Вернись-вернись," – шепчет созревший майский день.

Оттягивая возвращение в город, решаем на обратном пути заехать посмотреть наскальные рисунки древних людей. Где-то в районе Петрово. Где – Шульц, как оказалось, знает только на пальцах. В итоге, мы не нашли не только рисунки, но и, заплутав среди множества лесных развилок, потеряли друг друга. Как всегда, в необходимые моменты, сотовая связь сказала: "Здесь/сейчас у меня выходной". И два автомобиля, разделившись, на встречу с городом ехали в одиночку, унося с собой потерявших друг друга людей, воспоминания о жухлой траве Тажеранов, запах костра и романтику подземелья.


...Я не перестаю удивляться, насколько многогранен мир, в котором мы живем, и насколько любопытен человек, живущий в этом мире. Он, наш мир, как призма, с четко обозначенными гранями, в общем-то, стабильное "тело". Но маленький лучик или поворот хотя бы на полградуса делает его иным. И вот уже то, что казалось обычным, играет всеми цветами радуги, переливается и смеется – это наш мир. Только поверни...


2-4 мая 2008 г.
Фото: Саша Ульянов, Данила Большаков