в Иркутске 17:17, Окт. 24:t +8°C

Как построить команду или краткое руководство как попасть в жопу

Автор:Владимир Белоус(karat)
Опубликовано:28.04.2008
Ключевые слова: сноуборд, горы, экстрим, Даван
Заезд в 66
Здесь мы живем

Каждый из участников мероприятия сам выбирают консистенцию коктейля себе по вкусу, оптимальный для себя вариант нагрузки и отдыха, поэтому каждый год мы выезжали разношерстным составом, как матерые и отъявленные любители гор, так и наши офисные девочки-цветочки, решившие приобщиться к общему увлечению в коллективе.

Надо заметить что, состав у нас это одновременно и трудовой коллектив компании из Братска, где я, являясь руководителем, всячески поддерживаю такого рода корпоративные мероприятия. Это не какой-нибудь вам team building, это гораздо круче... Загадочную русскую душу в команду так просто не построишь.

Ничего не предвещало необычного, коктейль развлечений на ближайшие дни был известен. Состояние снега в норме – довольно много и еще зимний, прогноз погоды терпимый, спортивный состав для тропежки имелся.

Часть вторая. Восхождение, все в норме, полет нормальный
Матченя у первого леса
Второй лес

В первое же утро после нашего приезда мы выдвинулись на станцию Дабан, решив начать с нашей любимой горы – соседняя через перемычку с вершиной Ленинградская, которую мы называли Обзорная, а местные, как выяснилось, – Даван. Наш состав из 10 человек долго раскачивался утром, поэтому на старте оказались в районе 11 утра, тем не менее время нормальное успеем съехать пусть не 3-4, то 2 раза точно. Подъем вместе с тропежкой до вершины Даван занимает около 2-2,5 часов. Спуск примерно 10-15 минут.

Закинув в рюкзак, шлем, банку пива, приторочив к нему доску я начал лидировать, а именно тропить сначала до первого леса, далее до второго. До второго леса поднялись примерно за час (перепад примерно 650 метров от станции).

Группа наша растянулась и в лидерах плотно шли трое – автор строк (обозначим квалификацию как опытный альпинист, по специализации высотник), Андрей Матченя (скалолаз с опытом спасателя и горного туриста именно в этих краях, поскольку родом из Северобайкальска), Таня Коронатова (реальный мастер по плоским лыжам).

Таня
Андрей
Я
Саня

Остальная группа была далеко ниже, поэтому мы уже втроем, поочередно меняя лидера, двинулись выше второго (последнего) леса. Гора домашняя, группа спортивная, погода в норме, на голове наушники с хорошей музыкой, организм работает как часы – все замечательно. За отставшую часть не переживаем, они вероятнее всего покатят вниз раньше нас.

Соответственна такому настрою и моя экипировка – тонкое термобелье, гортексовый сверхлегкий костюм, в рюкзаке лишь чуть толще термобелья поларовая кофта нинзя, одни средние перчатки, сам пока иду в шелковых перчатках от мозолей и солнца, солнечные очки на мне, горнолыжные лежат для спуска. Для дополнения к такому имиджу не хватает только короткой спортивной формы, одним словом пижон...

Если присмотреться к бордерам – каждый первый такой, но мне-то не позволительно. Я ж опытный, мне ж положено думать – а если завтра война...

Но нет сейчас просто бегу в гору и съеду с нее за 10 минут, попью чай внизу и опять побегу наверх, опять скачусь и может, успею и еще, это моя гора, здесь знакомо все. Я тренируюсь, готовлюсь летом в большие горы, моя вершина меня ждет и она не простит мне слабости, поэтому сейчас надо использовать все для лучшей тренировки. Примерно такие мысли у меня в голове.

Скальная подушка

В этом забеге я уже не осторожный и опытный альпинист, а просто бегун в гору, гора превратилась в тренажер. Двойка со мной, не отстает.

Справа на западе я вижу черное небо – идет снегопад. Я знаю об этом, смотрел прогноз – начиная с сегодня на два дня снег. Но я вижу вершину, просчитываю время – мы успеем съехать до начала заряда, а потом будем кататься в пределах второго леса. Еще минут за 30 поднимаемся на предвершинную подушку, переходящую в отходящий гребень от вершины.

Отсюда мы обычно стартуем вниз, когда снег превращается в жесткую доску или хуже – в заструги. Но сегодня снег в прекрасном состоянии и пока можно рассчитывать на хороший спуск. Внизу замечаем, что остальная часть группы собралась стартовать от второго леса и лишь один человек двигается в нашу сторону. По силуэту определяем, что это Саша Дубровин, и решаем на подушке дождаться его. Саня на Даване не первый раз, но к горам как спортсмен отношения не имеет, он знатный охотник, следопыт и рыбак, в последствии это сыграет неоценимую роль. Решаем попить чай из термоса и заодно подождать Саню. Съедаем незначительный перекус по паре конфет с чаем. Плотный перекус нас ждет внизу в машине на станции. Саня подходит к нам, Андрей начинает поить его чаем, а мы с Таней трогаемся вверх, чтобы продолжить тропежку.

На вершине
Выход на вершину

Иду первым, опять замечаю уже совсем черную тучу идущую с запада. Но пока снег не идет. Думаю, о том, что можно уже и поехать вниз, начинаю медленнее идти. До вершины совсем рядом сил полно и как-то обидно повернуть за метры до финиша.

Говорю вслух Тане (она за мной, остальные немного растянулись) что надо вниз. Но похоже у нее те же мысли что у меня, говорит – давай еще пройдем немного. Выходим на вершину. Время – начало второго. Следом – Саня и Андрей. Обычная суета одевание одежды, очков, моего шлема, фото возле тура, жизнь прекрасна и т.п.


Часть третья. Спуск на ощупь

Протомозили на вершине минут 15. Они и оказались роковыми, сейчас уже и не поймешь, где мы их привезли, выражаясь спортивным сленгом. Снег включили неожиданно и сразу серьезно, как бывает летом ливень, но только в отличие от летнего короткого ливня быстро он не кончился.

В таких ситуациях я тоже был не раз, поэтому мы даже не стали менять планов на спуск – едем, как и хотели по дальнему правому лесу. От отсутствия ориентиров обычно кружится голова, поэтому предлагаю первым ехать поочередно остальным смотреть на ведущего. Ухожу первым метров сто, останавливаюсь и падаю на четвереньки, ощущение, что склон весь едет на меня. Мозгами понимаю, что это глюки, но против рефлекса не попрешь, стою на четвереньках, жду пока Андрей обгонит и появится хоть одно темное пятно среди этой белой мглы. Он единственный среди нас катается не на доске, а на широких лыжах для фрирайда со скитуровскими креплениями. Катится красиво и технично, насколько позволяет ситуация.

Так, обгоняя друг друга, постепенно едем вниз. Ждем, друг друга, получается медленно. Таня тормозит – сказывается малый опыт катания в целине и с ориентировкой тела в пространстве тоже не хорошо. Мозжечок в белой мгле не работает. Время тоже растягивается и сжимается поэтому не ясно сколько ехали вниз, но к своему искреннему удивлению правого леса я не узнал, мы похоже не там. Андрей с Сашей узнали непонятный склон, но где мы, тоже не смогли толком объяснить. Решаем, пока еще наши спусковые следы видны, идти наверх на вершину.

Опять все назад к рюкзаку и по пояс в снегу вытрапливаем назад, следы находим уже с трудом. Около часа потратили на возвращение, снег оказался гораздо глубже, чем там, где мы поднимались, да и в пургу идется значительнее медленнее. На вершине нас накрыл ураганный ветер со снегом. Вторая попытка, уже более осторожная. Ориентируясь на приметные три тура, выбираем направление строго прямо на станцию. Сейчас уже не до катания, надо не промахнуться, мы по-прежнему надеемся на горячий обед в кунге.

Ехать невозможно, поэтому путь вниз начинаем просто пешком, видимость отсутствует примерно 5 метров. Иду первым. Андрей кричит, что забираю влево. Стараюсь брать чуть правее. Спускаемся метров на 150-200 вниз и опять одеваемся в доски и лыжи и вновь старт. Опять едем медленно, но спускаемся уже значительно ниже первой попытки. Доезжаем до леса и опять не узнаем местность. Предполагаем уже теперь, что это большой кулуар между Ленинградкой и Даваном и двигаемся вперед вниз. Рельеф становится подозрительно плоским, а в предполагаемом нам месте должен быть крутой сброс. Я начинаю жалеть об оставленном дома GPS. Как бы легко и красиво сейчас мы вышли на станцию с этим великим достижением человека. Я еще не знаю, что скоро к великим изобретениям человека отнесу все теплые вещи, спички, лопату, и газовую горелку.

Вспоминаются эпизоды из "Кин Дза Дза" – допустим мы в Кара-Кумах, тогда север там, юг там, Ашхабад вон там... Мы, правда, не знаем где стороны света. Предположительно мы в большом кулуаре и скорей всего взяли влево. И я забираю на 90 градусов вправо и начинаю резко бить траншею в другую часть цирка, надеясь там найти спасительный сброс в сторону железной дороге. От легкого волнения и холода, иду не меняясь, чтобы как-то согреется. Кажется, чуть-чуть и, я найду спасительный спуск к железке. Начинаю понимать, что сейчас решается, спустимся сегодня к железке или нет. Пока все молча, кажется все и так все понимают. Намотав пару больших петель, становится понятно, что не понятно ничего...

По прежнему снег
По прежнему мгла
Ни видно не зги
В ушах тишина
В конец заблудился...
Нам спасаться пора...

Такие примерно, бестолковые мысли крутятся даже не у меня в голове, а в моем шлемофоне Скотт, они уже срослись... Я достаю из под куртки запястье с часами. Время около 19:00. Все, пора действительно спасаться.

Часть третья. А как же спасаться?

Собираемся в кучу. Радует, что все проходит спокойно, ни споров, ни ругани. На правах самого опытного в горах, теперь уже вслух объявляю, что пора окапываться и готовится к ночи, поскольку шансы на сегодняшний выход к дому исчерпались.

Таня, пытаясь шутить, тараторит – ура, ура это будет как у вас в настоящем зимнем походе ночевка? На что я поясняю принципиальную разницу – в зимнем походе не ставится задача выжить до утра, а здесь именно такая задача. Подводим наши активы: из еды банка пива у меня и одна конфета у Тани; спички есть у Сани и Андрея, из запасной одежды у Андрея легкий полар, у Сани суконный пояс; нож у меня и Андрея. К основным активам следует также отнести не утраченную боеспособность группы. Все могут двигаться и соображать, что не маловажно. Пассивы: отсутствие лопаты, теплых вещей, еды, компаса и главное – видимости.

Вообще, я оказался одет легче всех и примерно за час до остановки у первого ночного лагеря, меня начало немного колотить. Остальной народ был одет слегка лучше, по крайней мере, с вечера трясло только меня. Вокруг редкий лес из лиственницы, но попадаются и сухие торчки-пни, которые можно выкорчевать руками и ногами и попытаться изобразить костер типа нодья.

Вдруг слегка разъяснивает и мы видим какой-то склон. Андрей опять, что-то припоминает похожее на знакомый склон, даже предполагает, что за ним должен быть спуск к железке. Решаем отправить Андрея на разведку на этот склон, пока хоть что-то видно. Сами начинаем копать сноубордами яму и стаскивать с округи дрова, которые удается выломать ногами и руками. Дело двигается медленно, сказывается накопленная усталость и отсутствие лопаты. Сноубордами сильно не покидаешь, а копать надо не меньше 3 метров в глубину. Для отдыха меняемся, ломаем и таскаем дрова. Шевелится приходится непрерывно, ветер пробирает до костей и движение только дает возможность греться. Через какое то время после выхода Андрея, опять все затягивает и видимость исчезает.

Начинает темнеть. Следы Матчени быстро заметает. Саня спрашивает меня, сказал ли я Андрею в случае смены погоды немедленно возвращаться назад. Говорю нет, ведь это и так должно быть понятно. Остаться ему одному, это на порядок меньше шансов выжить.

Решаем, что Саня на расстоянии слышимости выходит в сторону Матчени и начинает орать. Я продолжаю копать огромную яму. Таня поддерживает звуковой контакт с Дубровиным. Начинаем всерьез напрягаться по поводу Андрея и наконец слышим его ответные крики. Повезло. Еще через полчаса они с Сашей подходят к нашей яме. Андрей сделал крюк в сумерках и начал уходить в сторону, наши крики оказались очень вовремя. Его след был заметен очень быстро – рискованное мероприятие разведка. Определится где мы, или что-то увидеть, не удалось. Теперь точно будем ходить только по-четверо.

Я развожу костер. До земли докопать не удалось. Уровень нашего костра около 3 метров, прощупал палочкой, сколько до земли – оказалось еще почти метр. Костер горит, все на месте, кажется сейчас можно будет чуть-чуть отдохнуть. Но это только кажется. Приходится все время бороться за костер. Ночная метель превращается в резкие заряды ветра метров до 25-30 в секунду, которые как из ведра поливают наш костер в яме с регулярной частотой. Из-за сильного ветра все тепло уносит в небо, в результате костер для нас является просто предметом постоянной работы и суеты.

Одежда сверху превратилась в ледяной панцирь, но благодаря тому, что снег не сырой мы не промокли. У всех участников кроме Тани перчатки на руках (у нее варежки), приходится постоянно отмахивать руки. К 12 ночи, в результате попытки переместить костер и очередного большого ведра снега наш костер засыпает. Около получаса пытаемся разжечь еще раз – все тщетно, и намокают последние живые спички.

Все теперь мы без спичек и в итоге без тепла.

Эпизод напоминает Джека Лондона "Любовь к жизни" где на разведенный из последней спички костер падает шапка снега...

Наш маленький коллектив спокоен, беседуем, популярная тема разговора куда идти и как жить. Таня периодически интересуется, больно ли это замерзать, мы конечно люди опытные, но здесь можем только предполагать. Версия что это сладкий сон самая правдоподобная. Единогласно решаем выдвигаться в ночь и идти в ту сторону, куда пытался идти Андрей. После того как погас костер, нам всем показалась зарево в той стороне. Мы надеемся, что это отсвет прожекторов на станции. Я собираюсь с силами и раздеваюсь, чтобы натянуть кофту Андрея. Пока переодевался, прихватило пальцы на руках. Это проблема не у меня одного. Саня машет руками почти постоянно. Собрались, доски опять по рюкзакам, тронулись. Зарево само собой исчезло.

Теперь мы просто идем вверх, чтобы с ближайшей возвышенности что-то увидеть, например свет прожекторов. Около четырех ночи стоим, где-то наверху, перспективы нет ничего не видно. Сил все меньше, ветер сильнее. Решаем идти назад к яме, ждать рассвета. Скорее бы утро, все-таки ночь давит психологически. Таня уже идет на автопилоте, скрестив на груди руки. Я с ужасом думаю о том, что делать, если кто-то сядет и не сможет двигаться. Следы наши уже перемело. Доходим до другого места с лесом и решаем рыть новую яму, чтобы просто укрыться от ветра. Андрей из ямы предлагает вырыть маленькую пещерку. Еще два часа работы как в тумане и мы забиваемся на корточках в наш новый домик. На часах 6 утра. За бортом продолжается пурга, а у нас тихо и около нуля. Теперь понимаю, что пещеру рыть надо было сразу, затея с костром была в этих условиях бессмысленной. Хотя у нас нет ни горелки, ни свечки, ни даже спичек, все равно хорошо. Решаем дежурить по 20 минут, чтобы прочищать отверстие под воздух. Меня начинает моментально срубать. В моменты коротких и цветных снов, в голове происходит какой-то сумбур мыслей. Перемешивается явь и сон. Таня говорит, что я разговаривал вслух, о чем не говорит.

В восемь утра опять решаем, что делать. Погоды не будет. Метель продолжается. Понимаем, что если за сегодняшний день не выгребем, то вторую ночь можем не пережить или пережить с потерями. На спасателей надежды нет, в такую погоду ни найдут пешком, а вертолет не полетит. Решаем опять идти наверх, куда шли ночью и ловить окно. Идем наверх. Таня начинает постанывать – почему идем все время вверх, давайте уже вниз. Тем не менее гребет за нами, мы уже одна связка идем медленно, но верно. За ночь в темноте пообмораживали лица, теперь пытаемся тереть. Доходим до вершины уже с большим туром. Андрей как местный сообщает, что вершины с таким туром не помнит. Опять тупик.

Тут среди мглы появляется пятно солнца. Саня вспоминает, что когда мы заходим со станции наверх оно светило нам в лицо. Сейчас также, то есть мы все это время шли от станции. Думать, как и что уже лень. Просто разворачиваемся на 180 и тупо идем, стараясь держать курс, солнце в затылок. Видимости нет по-прежнему. Вскоре упираемся в склон уходящий вверх, куда не видно. Начинаем ползти наверх, пытаясь обойти большое снежное плато. Глупо не замерзнув, попасть в лавину. Еще через час в разрывах увидели гребень. Выползли на него, и, кажется, увидели вершину. На нашу не похожа. Еще через час и я, с замиранием сердца, подхожу к вершине. Если я не увижу приметных туров, то я даже не знаю, что тогда...

И вот, слава богу, это она – наша вершина. Мы вышли на нее уже в третий раз за эти сутки. Теперь понятно, что все сутки мы бродили в противоположном (дальнем) от станции цирке. Забирая немного вправо в пурге, мы сделали разворот на 180 градусов.

Нас вышли искать

Время около часу дня. Твердо решаю, пока не будет большого разрыва, никуда не спускаемся. Все в сборе – ждем просвет. И вот все вместе уже твердо узнаем вдали первую скальную подушку, где мы пили чай. Стартуем туда. За ночь снег задуло пургой и едем уже по фирну и застругам. Открылся вид на второй лес. Начинаю высматривать людей, по логике нас должны идти искать, или откапывать. Доезжаем до первого леса, все – это уже дом, отсюда видна железная дорога. Таня ехать практически не может, очень часто падает, потом снимает доску и идет пешком. Еще немного сбрасываем высоты к первому лесу и вот за перегибом налетаем на колонну ярких спасателей и наших парней.

Все по серьезному – рации, лопаты, аптечки, термоса, куча людей... Доклад по рации, что все мы вышли самостоятельно в нормальном состоянии. Конечно, радость и какие-то новые ощущения – ты жив. Кажется, у нас образовалась даже не команда, а практически семья из трех братьев и сестры. Хорошо осознавать, что во время этой жопы, все оказались реальными парнями, никто не сдулся. Таня показала, что мастер спорта по лыжам, это вам ни хрен с бугра. Хотя горы все-таки для Мужчин. Не покатались только за эти сутки, ходили как лунатики туда сюда.

Чуть позже обнаружим, что Саня получил довольно серьезное обморожение пальцев рук и ноги, я с Андреем тоже пальцы рук только легче. Лица у всех, но у Сани опять сильнее. Женщины и здесь как всегда живучи, как с гуся вода. Потом был 66, радостная встреча с девчонками, горячие источники, водка и провал часов на 14. Дальше был уже "выкат", дурачились на местной горке, прыгали, пили, купались. Вобщем радовались жизни.

Таня после
Я и Таня после
Саня
Все вместе после
Катание
после приключений

5-10 апреля 2008