в Иркутске 07:20, Окт. 21:t +2°C

Байкальскому конькобежному движению посвящается

Автор:Алекандр Жилинский(master)
Опубликовано:16.03.2007
Ключевые слова: Байкал, лёд, коньки, поход
Все года, и века, и эпохи подряд
Всё стремится к теплу от морозов и вьюг.
Почему ж эти птицы на север летят,
Если птицам положено только на юг?
В. Высоцкий

Всякий раз, вставая на лед, испытываешь тревожное чувство неизвестного. Никто из не знает, как сложится этот пробег на просторах ледяного Байкала, какие сюрпризы и испытания ждут впереди. И каждый раз долго провожаешь взглядом нашу машину – тонкую ниточку связи с домом и теплом. Впереди 170 километров, это относительно небольшое расстояние, но в результате за три дня пути, оно складывается в такие переживания, которые долго будоражат, и душу и тело. Из года в год эти люди ждут время, когда Байкал замерзнет, любая информация о состоянии льда является важнейшей, снимки озера из космоса детально анализируются. И вот, наконец, момент настаёт, лёд тронулся!
Байкал всегда встречает по-разному, это такая вечно живая сила, сталкиваясь с которой ощущаешь магический трепет. Не случайно многие коренные жители, живущие на славном море, понимают его стихию как священную. В какой-то мере это понимание ощутили и мы на своей шкуре.
И так, к путешествию.

День первый
Утро, залив Анга, перед нами встаёт солнце, мы выгружаем вещи, по традиции фотографируемся, одеваем коньки. Наши рюкзаки максимально облегчены, но кроме самого необходимого, в них есть еще и неприкосновенный запас продуктов и теплой одежды на крайний случай, например холодной ночевки, внезапного шквала или автономного хода.
Первый день наших конькобежных баталий обычно самый трудный. Так бывает в силу того, что организму трудно сразу адаптироваться к изменению обычного образа движения. Техника бега на коньках на большие расстояния иная, нежели на обычном катке. В отличие от езды на хоккейных "канадах", где приходиться часто семенить для поддержания скорости, здесь важен долгий прокат.
Этой зимой озеро к нам благосклонно, Байкал встал на удивление ровно, условия просто песенные. Минимум торосов, изобилие гладкого льда, температура не опускалась ниже -20. Буквально рай для конькобежца. Поэтому мы прокатывали запланированные участки с большим опережением сложившегося графика, достаточно времени оставалось для отдыха и фотографий. Протяжённость первого дня пути составила около пятидесяти километров.
Где-то в районе обеда попался заснеженный участок, который обойти не удалось, и потянулись длинные километры коньколыжного хода. Коньки стопорятся в снегу, ноги и руки быстро забиваются, а пейзаж издевательски застыл. Но вот появились первые островки чистого льда, потом их все больше. Ура, поехали!
Из-за мыса показалась характерная грива Бугульдейки, где на берегу есть домик бабы Томы, куда мы и направляемся. О бабушке Тамаре стоит рассказать отдельно. Это удивительно душевный человек, может поддержать любую беседу и всегда радушно нас встречает. Из года в год мы традиционно у неё ночуем. Хоть и видимся с ней раз в год, она всех нас знает по именам.
Вечер первого дня, разложив, на полу избы достархан возле тёплой печи ужинаем, греемся и сушимся, заклеиваем мозоли.
День второй
Покидаем Бугульдейку. И вновь на встречу солнцу. Ощущения необыкновенные от красоты окружающих просторов, гладкого идеального льда, скорости увеличивающейся благодаря попутному ветру.
Но вскоре условия резко изменились. Вместо попутного, ветер перешёл в боковой, а его сила стремительно нарастала. Похоже, было, что повторяется сценарий прошлого года. Тогда на этом же самом отрезке, из-за плохой видимости и шквального ветра нашу группу буквально разбросало, многие поморозили лица, а двигаться на коньках было практически невозможно.
Памятуя о прошлогодней встрече с необузданной стихией, большая часть группы направилась под прикрытие берега, где и продолжала движение. Двое участников, напротив, решили идти мористее, закладывая дикие галсы, чтобы не попасть в Бурятию, поскольку ветер старался утащить их именно туда. Так или иначе, но к четырём часам дня группа воссоединилась в бухте Сенной на заимке Прибайкальского Национального парка. Пообщавшись с хозяевами, отпившись горячим чаем, принимаем решение катить дальше до кордона егеря Кубасова.
К четырем часам погода восстановилась полностью, ветер стих, лёд с каждым километром становился всё лучше. Наверное, только с полётом можно сравнить наше прохождение вдоль Песчанки. Как бы не старались мы замедлить ход и растянуть удовольствие, ноги сами собой убыстряли темп, и вскоре участники неслись в полную силу так, что только ветер свистел. Пролетая мимо Колоколен, мы нашли свой конёк и катили, получая максимальное наслаждение, и даже характерный "хрум" лезвий о лед звучал особенно радостно. Восемнадцать километров от Сенной до Хомутов были пройдены за час.
Вечерело. У егеря нас не ждали, хотя баня топилась. По началу мягко предложили, а не пойти ли вам ребята в Еловку. Там, дескать, очень хорошо, и зимовье есть свободное. Но катить по ночи в Еловку нам уже совсем не хотелось. В итоге, подключив все свои дипломатические способности, получаем от хозяев добро на ночёвку в этой чудесной баньке на берегу уникального озера.
Под шипенье примуса и морозную перцовку хорошо рассказывать альпинистские байки. Валерий Николаевич Попов и Александр Токарев погружают нас, в свои глубокие воспоминая о больших горах. Периодически отвлекаемся, чтобы открыть дверь и Валерий Николаевич смог насладиться величественным видом огромной полной луны встающей над Байкалом и грядами торосов, мерцающих в серебристом свете.
Третий день
Вновь солнце встаёт, вновь коньки, а также бескрайняя даль чистого прозрачного льда. Что ещё надо для счастья?
Подбираемся к деревне Большое Голоустное. Там, где в прошлые года обычно пролегали многокилометровые поля торосов нынче абсолютная гладь. Напротив деревни встречаем трёх рыбаков занятых вытягиванием сетей. Тут же предлагаем свою помощь, общими усилиями сеть достали. Угостили мужиков перцовкой, после чего некоторое количество только что поднятого омуля перекочевало к нам в рюкзаки. Они нам рассказали, что всего четыре дня назад здесь была открытая вода, и призывали быть предельно осторожными, как оказалось не напрасно.
Участок от Большого Голоустного до Больших Котов часто является украшением всего похода, на этот раз превосходил всяческие ожидания, лед был выше всех похвал, а ветер несильно подталкивал в спину. На одном дыхании домчались к мысу Кадильный, здесь появились участки свежего тонкого льда, гладкого как зеркало.
Разогнавшись на одном из таких катков, замечаю впереди блики на открытой воде, успеваю резко затормозить и плавно на карачках вернуться под звонкий хруст. В итоге полоса воды шириной около пяти метров преграждает нам дорогу. Немного возвращаемся и мыс Кадильный проходим по берегу. Пока мы обедаем в беседке на самом мысу, рядом копытит травку табун лошадей, это показалось в какой-то мере символично.
А напротив скалы Скрипер и вовсе начался праздник конькобежца. Огромные поля стеклянного льда, с редкими трещинами не более пяти сантиметром глубиной, привели и спортсменов и фотографов в полный восторг. Странно, наверное, смотрелись мы со стороны, то ползая и разглядывая дно, то позируя для фото, то счастливо расписывая гладь причудливыми вензелями.
И вот мы причаливаем в Больших Котах, здесь в апартаментах "Байкал-Комплекса" нас уже ждут, горит камин, топится банька и готовится расколотка.
И понимаешь, что поход практически завершён и старик Бурхан был нынче к нам как-то особенно ласков. Даже вроде как не хватило километров, ветра, мороза, торосов, препятствий и крутости. Но остаётся надежда, что всё это ещё будет и не раз, в достаточном количестве. Главное что остаётся от таких встрясок так это частица Байкала в своём сердце.

Команда:
Валерий Николаевич Попов – гуру Байкальского конькобежного движения,
Александр Токарев – навигатор в пути, знаток ветров, штурман по натуре,
Анатолий Аксёнов – человек который всех вытащит если что,
Алексей Пономарёв – человек суровой сахалинской закалки,
Евгений Луцкий – организатор пробега, большой ценитель байкальских красот,
Андрей Загузин – следопыт, краевед, проводник,
Александр Жилинский – автор текста.
Александр Жилинский (master)