в Иркутске 16:09, Мар. 24:t +5°C

Экспедиция на Южную стену СОАНа, март 2006

20 марта

Наша команда: Хандажапов Баир – руководитель и автор дневника, Давыденко Миша, Белоусов Сергей, Глазунов Женя. На последней слюдянской электричке мы выехали в ущелье Зуун Хандагай с целью пройти маршрут категории сложности 5А на вершину СОАН.

21 марта
Завтрак - и в путь

Заход. В девять утра, добравшись на микроавтобусе из Аршана до "зуновских стоянок" и позавтракав лапшой, мы вышли в направлении ущелья Зуун Хандагай. Вообще, перед отъездом мы представляли, с чем нам придётся столкнуться на заходе в Зуун в марте, но до конца не осознавали всю тяжесть, которая ляжет на наши плечи, пока не встретились с этим лицом к лицу. Никому не надо рассказывать, сколько снега выпало этой зимой. Его было, мягко говоря, много. Наше продвижение вверх по ущелью напоминало плавание ледокола в Северном ледовитом океане. Мы своими телами пробивали траншею в снегу. В семь вечера наконец, уставшие, встали на ночёвку. За день было пройдено чуть менее половины пути до подножия СОАНа. Тропёжки хватило всем. Горячий ужин, перцовка и тепло костра принесли долгожданное расслабление, мы снова обрели способность шутить, смеяться, вспомнили эпизоды прошедшей накануне свадьбы Миши Давыденко и Лены (теперь тоже Давыденко).
Укладывались спать с надеждой, что завтра мы закончим наш турпоход под вершину СОАН. Пока я заканчивал писать, все вырубились...

22 марта
Передышка

Около половины девятого утра, после ночи в тепле восстановив силы, все проснулись вполне бодрыми. Через два часа, водрузив на себя нашу нелёгкую ношу (верёвки, куча железа, газ и т.д.), стиснув зубы, мы снова пробиваемся к нашей цели. На второй день идется тяжелее. Меняться впереди стали чаще. Вот, выбиваясь из сил, тропит Серёга, останавливается... и на вопрос "Что, надоело?", выдает более точную формулировку: "Нет, просто за...лся". В конце дня начинается крутой подъём из ущелья в цирк СОАНа.

Кажется, уже последние силы нас покидают, мы используем мыслимые и немыслимые способы, чтобы достичь цели, даже если приходится лезть по "курумам" и ползти на четвереньках по снежному насту. И все же в результате встаем на ночёвку на озере, не дойдя до СОАНа двух моренных взлётов.

Подходы
   


В палатке, вконец измотанные, мы допиваем остатки перцовки, после чего становится как-то особенно хорошо-о-о. При этом Серёга не забывает раскритиковать скудную раскладку нашего завхоза Миши.

Я заканчиваю запись в дневнике. Усталость дает о себе знать. Ложимся спать с твердым намерением завтра обязательно подойти под СОАН, восстановиться, а послезавтра идти на гору.

23 марта
Панорама горы Домашняя
Стенная часть 5-ки

Одинокая палатка на льду замерзшего озера в окружении заснеженных горных вершин.
– Что это?
– Лавина!
– До нас не дойдёт! Мы нормально стоим.
– Лёд трескается!
– Открывай палатку...!
– Кажется, пронесло. Лёд не провалился.
– Фу! Затащили в горы. С вами страху натерпишься...

Наконец-то увидели гору. Подошли под СОАН ближе к обеду. Эти последние несколько часов подхода дались действительно тяжело. Когда видишь, что цель близка и начинаешь осознавать, что всё равно ты до неё дойдёшь, невольно расслабляешься.
Отдыхаем на очередном перекуре... приходит время начинать тропить, однако никто энтузиазма не проявляет. Все сидят, хихикают и переводят стрелки друг на друга. Я надеваю рюкзак, делаю три шага по целине и со словами: "ну, доходяги", обреченно вязну в снегу по пояс. А все-таки именно упорство берёт города. Очередной взлёт и... вот он – СОАН. Его Южная стена предстала перед нами во всём своём грозном великолепии.


Стена еще
черная
Непогода

Поставили палатку на озере под СОАНом. Весь оставшийся день восстанавливали силы, ели и пили. Особенно всем понравился сладкий чай со смородиной. После него даже самочувствие улучшилось. А каркаде, которого было много, уже совсем надоел со своей кислятиной.

Затем мы собрали рюкзаки на гору. Первым пойдёт Женя, вторым – Миша, третьим – я, четвёртым – Серёга. Погода плохая – идёт плотный снег, несильный ветер. Нам остаётся только надеяться на улучшение погоды. Если будет солнце, хотим пролезть за день. В противном случае провесим столько, сколько сможем. В палатке перед сном распили фляжку коньяка, которую Миша привёз аж из Краснодарского края. "Побурханили" за погоду (всё, что мы можем сделать). Хорошо... Настоящий ароматный коньяк. Ну ладно. Все уже успокоились после лавины, спят. И мне пора. Завтра на гору!


24 марта
Первые метры
Пещерные люди

В семь тридцать вышла на маршрут двойка Давыденко – Глазунов. Погода плохая: снег, ветер. Будем провешивать стену столько, сколько успеем. Попозже вышли я и Серёга. Несём верёвки, чай, перекус. Продвижение по стене идёт медленно. Первым работает Женя.

Нелегко ему. Лезет в кошках, то на ИТО, то лазанием. Холодно, ветер, мёрзнут ноги. В ожидании Жени я и Серёга, дабы согреться и укрыться от ветра, вырыли небольшую пещеру.

Наконец Женя пролез первую верёвку. Миша поднимается за ним, несёт третью верёвку. Я не тороплюсь с четвёртой верёвкой, а то придётся долго ждать на станции вместе с Мишей. Женя заканчивает вторую верёвку. Я выдвигаюсь. Жене не хватило железа до первой полки. Поэтому он принимает Мишу на середине верёвки. Затем он вылезает на полку и буквально заваливает нас с Мишей снегом. Мы всё понимаем, но материмся: уж очень много и долго сыпет. Вылезли на полку. Женя устал. Впереди "ключи". Я меняю его. Кроме того, Женя легко одет – отправляем его вниз в лагерь. Светового времени осталось меньше трёх часов. Долго одеваю на себя разное железо, обледеневшие крюконоги. Наконец, полез. Сплошное ИТО. Изредка делаю пару шагов лазанием. Быстро привыкаю к вертикали и с удивлением обнаруживаю, что под пробкой во внутреннем углу откидывает.


Баир на карнизе
правее "огурца"

Аккуратно прохожу пробку, неизвестно, на чём она держится. Пролез 30 метров до полки. Миша совсем замёрз за весь день на страховке. Выбивая железо, повеселел, согрелся. Спускаемся вниз. За день прошли половину стенной части маршрута. На следующий день хотим пролезть остальную часть маршрута. Я решаю завтра продолжать работать на стене первым. Предстоит сложный участок – никому его не доверяю.
Ну, всё! Завтра ранний подъём, или пан, или пропал. Или отрываемся, или снимаем верёвки. Надеемся на улучшение погоды. Больше нет времени, кончаются продукты, газ. Все планы сбил долгий заход. Всё! Спать. Завтра всё будет ясно.


25 марта
 
Утро
решающего дня
 
Выход на
большую полку
На работу

Встали на гору в пять утра, поздновато, но выспаться тоже надо. Начали подъём по перилам в восемь, надеясь сегодня вылезти на вершину. Спуск предполагался по маршруту категории сложности 3А по Юго-Восточному гребню.
Ключевые две верёвки стены работал я. Получилось долго, до вечера. Но в зимних условиях две верёвки сплошного ИТО с небольшими карнизами это неплохо. А условия у нас были зимние: снег, ветер, холодно, солнце лишь изредка показывалось из-за туч. Летом бы проскочил эту стену в тапочках и не заметил. Чёрт меня дёрнул затеять эту экспедицию в марте, хорошо хоть хватило ума в феврале не поехать.

Обидно, что по логике лезешь прямо вверх под карниз, а затем приходится траверсировать вправо в кулуар.


Ключ

После двух верёвок ИТО я устал физически и морально. Меня сменил Миша. Миша прошёл кулуар и успел засветло пролезть "пагоду" – стенку с торчащими и стоящими один на другом камнями- блоками. Третий и четвёртый – Серёга и Женя – выбивают железо и подносят верёвки. Работы немного, тем более что первый лезет медленно. Они, как правило, держатся на верёвку ниже второго. Тем временем стемнело. Принимаю решение работать дальше, т.к. спускаться по стене ночью опаснее. Да и сваливать надо было раньше, сейчас уже поздно. Вся команда горит желанием пройти маршрут, ведь всё самое сложное уже позади (как мы думали). Настраиваю парней на ночную работу. Ночью, главное, потихоньку двигаться, работать, но не торопиться, если что-то непонятно, разобраться. Ведь ночью вероятность ошибки резко увеличивается. Я иду без фонарика, т.к. ещё на заходе я уронил его в костёр. Поэтому, я выбираю себе роль третьего в команде, так как у него меньше всего работы с железом. Тем временем Миша вылез на острый гребень, выводящий на Юго-Восточный гребень 3А. Он устал, просит его сменить. Вызывается Женя. Прямо поверх пуховки надевает железо и – вперёд. Вот уже через верёвку он вылезает на маршрут 3А Юго-Восточного гребня. Что-то около часа ночи. В это время на нижней станции мы разбираемся с ворохом верёвок. Главное, не запутать верёвки. Время есть и работа приятна, согревает. Вылезаем на маршрут 3А. Есть вариант валить вниз. Но вершина – вот она. Совсем близко – около трёх верёвок. Настрой у команды боевой, несмотря на глубокую ночь. Приятное осознание ситуации: отчаянные бойцы идут на крутую гору с отчаянным руководителем. Принимаю трудное для себя решение идти до вершины. Ведь речь идёт о жизни и смерти, о здоровье. По состоянию участников и их настрою прихожу к выводу, что задача выполнима. Никто не запаниковал, не упал духом. С такими ребятами хоть в адское пекло, хоть в Гималаи.

26 марта
6 утра – вершина
Как в больших
горах

Работаем дальше, впереди – Женя. Ещё раз настраиваю парней на ночную работу: "Всем держаться бодро". Первая верёвка от перемычки пройдена. По ходу организовываем спусковые петли. Вторая верёвка – острый снежный гребень. Третья верёвка довольно крута, могут возникнуть проблемы с организацией спуска ночью. Принимаю решение спускаться сейчас по маршруту 1Б через кулуар в другой цирк. Возвращаться в цирк СОАНа голодными и уставшими физически тяжело, но гораздо безопаснее, чем "дюльферять" в темноту, тем более что за собой и за другими замечаю признаки сонливости, притупления внимания. Команда мне возражает, что через пару часов рассветёт и организовывать спуск будет намного легче, а сейчас трудность возвращения в цирк СОАНа к палатке намного выше. Я соглашаюсь. Работаем дальше. Третья верёвка, ещё немного. Вершина. Время 6:05 утра.

Никакой радости, как показывают в фильмах, нет. Просто мы знали, что мы будем на вершине, и вот мы здесь, уставшие и не выспавшиеся. Пишем записку. Проверяем сотовую связь. Нет связи. А мне завтра на работу. Мишу ещё со вчерашнего дня ждут дома. Женю ждут сегодня. Серёгу на работе уже и не ждут. И вообще, у нас контрольный срок назначен на сегодняшний вечер. Ещё до отрыва от земли мы догадывались, что не уложимся в сроки, но искали и находили слабые надежды на то, что успеем вовремя вернуться. Слишком велико было желание пройти этот красивый маршрут, слишком много было уже сделано для этого.

Дом
Снежный флаг
над Башней

Итак, начинаем спуск. Уже светает. Становится легче спускаться. Первым идёт Миша. Он уже ходил эту тройку. Вторым – Серёга. Третьим – я, буду помогать сдёргивать верёвки. Четвёртым, последним – Женя. Он должен пройти без рюкзака с нижней страховкой острый снежный гребень, который он проходил ночью. Наступил день. Вроде, организм начал как бы заново просыпаться, но спуск проходит как-то не очень быстро. Перестраховываемся, учитывая своё состояние после суточной работы. На станциях в ожидании команды "свободно" срубает в сон. Сидишь, то и дело кивая головой. Мир сузился до станции, верёвки и палатки внизу. Кажется, до палатки уже рукой подать, но она приближается медленно. А что значит для нас сейчас эта одинокая палатка в цирке? Это дом со своей батареей и кухней, т.е. газовой горелкой, со своей постелью – спальниками, с роскошным обедом – последней банкой тушёнки, сгущёнки, пачкой пюре и макарон.
"Дюльфер" за "дюльфером" и вот мы уже на озере. Несколько шагов по сугробу до палатки даются тяжело. Ну, вот и дом. Спустились живые и здоровые, и это главное. Теперь поздравляем друг друга с горой. Пьём чай, затем спим. Через пару часов обед, опять спим. Просыпаемся, снова едим. В общем, поели, можно и поспать. Наступает ночь. Опять ложимся спать. Завтра хотим за день выйти из ущелья. Много чего хотим. На горе тоже много чего хотели сделать. Завтрашний день покажет. Но надо торопится. Нас ждут. Нас уже потеряли.

27 марта
 
Фото на память
 
Стена уже белая
А вот и солнце

Встали в восемь утра. Выспались наконец-то. Доели последние продукты: пачку пюре, полбанки тушёнки и полбанки сгущёнки. Всё, надо выходить за день. Вылезли из палатки. Чёрт возьми! Солнце! Три дня его лишь изредка видели. Правда, ветер дует. Но он здесь, похоже, постоянно. Кажется, гора нас испытывала на прочность, а мы не сломались, лишь закалились. Теперь надо ещё выйти. Собрались, вышли в половине одиннадцатого. Сил нет вообще. В маленькую горочку забираемся кое-как.

Дошли до зоны леса. А в зоне леса, вообще "Ташкент": солнце, ветра нет, красота! Устроили так называемый обед. Миша на озере наступил в воду и теперь сушит носки и ботинки. Выходим с "обеда" – один чай в желудке плещется, "нажрался", аж идти не могу. Идём пока без тропы, наши следы замело. Но в густом лесу следы должны появится. Вышли на тропу и пошли быстрее. У всех одни и те же мысли: "дома уже паника", "на работе потеряли", "завтра спасотряд вышлют". Надо срочно отзвониться. А сил нет. Рюкзак давит на плечи, просто погибаешь под ним. Но ничего, судя по скорости передвижения, засветло должны спуститься в долину. Когда остался час или меньше до долины, появилась неустойчивая связь. Миша дозвонился до дома, успокоил молодую жену (ну и свадебное путешествие у него). Я дозвонился до нашего выпускающего тренера, вкратце рассказал о восхождении, выслушал нарекания по поводу просрочки контрольного срока, а также выговор в виде незачёта нашей "горы". Но мы знали, на что идём, и сам факт восхождения для нас важнее. Также я отменил ожидаемый завтра выезд спасотряда из моих товарищей. Связь пропала, но главные звонки сделаны.

Уже ночью спустились в долину, кое-как дозвонились и встретились с водителем микроавтобуса. Приехали в Аршан. Завтра с ним же в Иркутск. Устроились ночевать у него в гостевом доме. Сначала есть и пить. Истощённые организмы поглощают жидкость с неимоверной скоростью: купил два литра сока, сделал пару глотков, передал товарищам и сок кончился. Наконец-то наелись, напились. Опять звоним родственникам: "У нас всё нормально". Ложимся спать на мягкие кровати. Завтра будем уже дома жить в холодильнике. Засыпаем в предвкушении "горячей ва-анны, чашечки ко-офе", обилия всякой еды и питья. Даже одни эти ощущения стоят того, чтобы ради них жить и ходить в горы!


     
Баир
Хандажапов
 
Сергей
Белоусов
 
Евгений
Глазунов
 
Михаил
Давыденко

Баир Хандажапов
фото Михаила Давыденко, Евгения Глазунова
23 апреля 2006