в Иркутске 12:23, Окт. 23:t +9°C

Настоящий экстрим на реке Хара-Мурин

В поисках настоящего экстрима

Внизу грозный Хара-Мурин
В начале сентября 2000 г., когда сплавной сезон подходил к концу, у меня возникла мысль: "А не сходить ли нам на Хара-Мурин ещё раз и не сплавиться ли от левого притока р. Сайбат?" На этом участке, в нижнем каньоне, находятся несколько сильных "пятёрок", большинство из которых определяют категорию реки. В прошлый раз нам здесь очень понравилось.

Проводим небольшие дебаты по поводу предстоящего похода в камнерезке Ватсона, единственного и непревзойдённого мастера по изготовлению "кошака" (драгоценного камня), набираем весёлую группу и отправляемся в путь. На сплав поехали следующие персоны: Серёга, Костян (он же Дракон), Вадим (он же Ватсон), Андрон, Олег (он же Помпа) и я.

Вопреки обычному уровню воды в реках под конец сезона сейчас практически везде стоял сильный паводок. Ещё когда мы ждали микроавтобус на автостанции города Слюдянка, который нас добросит до деревни Солзан, к нам подошёл человек Леонида Давыдовича Измайлова (мастера спорта международного класса по водному туризму) и сообщил нам о том, что на Хара-Мурине сейчас очень высокая вода.

Добравшись до деревни Солзан, мы взваливаем на себя огромные рюкзаки и идём до поляны, находящейся перед самым "взлётом" на Осиновский голец. Переночевав здесь, начинаем подъём в гору. В прошлый раз, из-за отсутствия подробной информации о заходе, мы пошли с поляны не по тому пути и в результате поднимались в густом тумане прямо по мелкому водопаду, перескакивая с тяжеленными рюкзаками по скользким камням. В этот раз стоит хорошая погода; мы идём по тропе, и, несмотря на крутой подъём и здоровые кули, штурмовать перевал достаточно легко. Не проходит и двух часов, как мы бодро шагаем в гольцовой зоне. Тут мы замечаем "море" черники и сразу бросаем самое нелюбимое занятие – пешеходку (особенно для нас с Костяном – после перехода с Оки на Ию).

Естественное препятствие – черника
Внизу, сквозь туман, проглядывает Хара-Мурин, бегущий уже не тоненькой змейкой через могучее царство горной долины. И к нашему всеобщему удивлению, доносится даже сюда, при перепаде высот около тысячи метров над рекой, далёкий, глухой, но тяжёлый шум воды. Однако что-то нас ждёт...

Водопад на р.Иркут
Спускаемся вниз в долину Иркута (так называется левый приток Хара-Мурина). Здесь Иркут, падая с высоты метров десять, образует красивый водопад. Ещё несколько часов и мы выходим к Хара-Мурину.

Сказать, что вода большая – ничего не сказать. Такое ощущение, что мы вышли на наш родной Иркут. Начинаем собирать суда. У нас с собой боевой, видавший виды катамаран-двойка "Крокодил" и большой четырёхместный катамаран "Динозавр". Двойка с готовой металлической рамой и собирается быстро. Для "Динозавра" мы сделали деревянную раму из берёзы. Тонкие палки берёзы достаточно лёгкие. Их можно завязать в узел. Такая гибкость обеспечивает большую прочность катамарана.

Существует два основных способа скрепления палок для рамы: с помощью резины, наматываемой крест-накрест в месте соединения продольной и поперечной балок; с помощью закруток, когда палки связываются крест на крест верёвкой, затем вставляется под верёвку маленькая палочка (закрутка) и закручиванием стягивает связку. Первый способ обеспечивает хорошую подвижность и гибкость всей конструкции. Это имеет большое значение при преодолении высоких, мощных валов и крупных бочек. Но мы воспользовались вторым, т. к. у нас был только репшнур.

Так, не спеша, к вечеру мы завершили сборку катамаранов, и в надежде, что вода хоть чуть-чуть спадёт, стали ждать следующего дня.


Сайбатский котёл
(категория сложности – )

Они не знют,
что их ждет
Первый порог, который нам предстоит пройти, называется Сайбатским. В нормальную воду он пятой категории сложности. В прошлый раз мы шли по воде немного выше среднего, и порог мне показался интересным, эффектным, но технически не особо сложным. В общем, как всегда, "лишний" раз мы разведку делать не стали. А вода, к всеобщему разочарованию, не спала ни на сантиметр и даже, наверно, немного поднялась.

Из всей команды на Хара-Мурин со мной ходили Серёга и Ватсон. Они пойдут на "Крокодиле". Я же с остальными первым иду на "Динозавре". Вот наш громоздкий "Динозавр" тяжело отходит от берега. С первых метров вижу, что группа работает не особо слаженно и понимаю, что с маневрированием будут проблемы.

Входим непосредственно в порог и сталкиваемся с невероятно жёсткой водой. Валы, как на Оке, по два метра и больше. Скорость как будто на автобусе едем. Впереди вижу "провал", за которым много пены. Понятно – там огромная бочка. Нам следует уйти от нее влево, несмотря на высокую стойкость нашего катамарана. Но, оценив возможности нашего судна и команды для выполнения быстрого манёвра на такой большой скорости и недооценив характера и силы бочки, понадеявшись на мощь "Динозавра", я решаю идти носом. Будем пробивать на скорости. Однако всем нутром чувствую, что надо было уходить. И когда мы подходим к гребню крутого водопадного слива, я вижу, что мы конкретно встряли.

Наш "Динозавр" втыкается носом в гигантский пульсирующий котёл, его "хвост" вздымается над нашими головами, и мы находимся почти в вертикальном положении. Левая гондола сплющивается. Андрона, сидящего за мной на правой гондоле, вышибает струёй свирепо обрушивающегося на нас водного потока. Мы с Костяном впиваемся вёслами в струю, отчаянно пытаясь выдернуть катамаран из котла. "Динозавра" швыряет, качает, воротит в стороны. Помпа хватается обеими руками за катамаран, чтобы его не выбросило в воду (при этом упустив весло). Продолжая цепляться за струю, я, наконец, почувствовал, как судно начало продвигаться в нужную сторону. Вдруг, в следующую секунду я ощущаю себя летящим в воздухе примерно в той же позе, в которой я сидел на катамаране. Едва успев осознать, что меня просто вытряхнуло с катамарана, инстинктивно хватаюсь при падении в воду левой рукой за раму. В правой руке удерживаю весло и вижу, что на катамаране кроме Помпы никого нет. Костяна вымыло из упоров, окунув при этом поглубже в чавкающую пенную массу. Теперь мы висим на "Динозавре" как гирлянда. Но, к счастью, катамаран успел вырваться из цепких лап "водного монстра" и тащит нас за собой через серию обычных для порога высшей категории сложности бочек.

Приближается последний слив, который в нормальную воду считается наиболее мощным. Залезаем спешно на катамаран и в положении лёжа проходим этот слив. По сравнению с предыдущим – сущий пустячок. Сразу за сливом начинаем энергично зачаливаться к правому берегу.

На берегу я забираюсь на самый высокий камень и начинаю махать Серёге и Ватсону, чтобы они не шли в порог. Но было уже поздно. Они почему-то не дождались нашего сигнала и уже были среди высоких валов. Я не сомневался, что они обойдут ужасный котёл слева. Но что будет дальше? Как впоследствии выяснилось, Ватсон, увидев нас, стал возмущаться: "Почему нас никто не фотографирует?!"

Но вот они, ловко обойдя наиболее крупные бочки, приближаются к последнему сливу. Входят в него и исчезают в белой, бурлящей массе грохочущей воды. У обоих рвутся упоры. Ватсон успевает схватиться за катамаран. Серёгу выбрасывает в воду. Пока он добирался до берега, только его голова иногда была видна на поверхности. Ватсона вместе с катамараном без вёсел несёт к очередному сложнейшему порогу. Костян кидает спасконец, но промахивается. Проносясь мимо небольшой скалы, Ватсон цепляется за выступы в стене и, держась изо всех сил, кричит: "Вытащите меня скорее отсюда! Почему нас никто не спасает?!" Костян с Андроном подбегают к нему и помогают выбраться на берег. Сеанс жесткого гидромассажа завершён.

То место, куда мы попали на "Динозавре", образовалось в результате чрезвычайно сильного паводка и представляло собой гигантский пульсирующий котёл. Вода в нём как бы взрывалась, а грохот был как от большого водопада. Котёл можно обойти (что сделали Серёга с Ватсоном). Тогда сложность порога будет приблизительно: 5+. Сложность котла – смотри название главы.

После бурных реплик и обсуждений только что прошедшего прохождения порога, мы идём смотреть очередное препятствие. Порог также очень мощный, но пройти можно. Однако, учитывая характер и структуру нескольких порогов, находящихся ниже в каньоне и мысленно представив картину того, что сейчас там твориться в наводнение, я понял, что дальше соваться нам не стоит. Это уже не шестёрочные пороги, а настоящий "коридор смерти". Да и остальным не очень-то хочется туда соваться (это было видно по их лицам).

"Будем возвращаться обратно через Осиновский голец", – говорю я. Все охотно соглашаются, даже Костян, который терпеть не может лазить по всяким горам, вместо того, чтобы проходить интересные пороги. Мы перебираемся на левый берег, поднимаемся до первого подходящего для стоянки места и разбиваем лагерь.

Здесь мы столкнулись ещё с одним препятствием. Уже темно. Постоянно льет сильный дождь. Лес вокруг совершенно мокрый. Дрова поблизости плохие. Ватсон безуспешно пытается развести костёр. Начинаются споры по поводу того, что надо сменить стоянку. В конечном итоге, примерно через час, отыскав большую, сухую, корягу, мы разжигаем огонь.


Сказочно красивые и суровые горы

Утром следующего дня мы обнаружили, что вода спадать не собирается. Начинаем сборы. Упаковываем кули. Я думаю, что бы ненужного оставить, дабы не тащить обратно через гору. И оставляю старую куртку, которая намокла и вешает как бронежилет.

Пока светит солнце, небо наполовину затянуто облаками. Разделяемся на две группы. Ватсон с Помпой решили пойти пораньше и ждать нас на поляне после спуска с Осиновского гольца. Примерно через два часа выходим я, Костян, Серёга и Андрон. Доходим до тропы, идущей вверх по Иркуту, и тут Андрон внезапно воскликнул, указывая в сторону Осиновского гольца: "Глядите, чуваки, там снег!" Смотрим и замечаем, что в горах действительно выпал снег. "Приключения продолжаются", – думаю я.

Начинаем идти вверх по правому берегу Иркута. Пошёл дождь. Через полчаса сталкиваемся с проблемой переправы на левый берег. Иркут уже не тот, что был два дня назад, когда мы легко его форсировали пешком. Сейчас огромный поток молниеносно несущейся воды, падая трёх-четырёх метровыми каскадами водопадов, яростно грохочет у наших ног.

С трудом находим, наверное, единственную переправу – два тонких ствола маленьких деревьев, переброшенных через реку. На руках, как на брусьях, перебираемся на противоположный берег. Идём дальше. Дождь плавно переходит в ливень. Заметно похолодало, но почти сорокакилограммовые рюкзаки греют как надо. Ещё час и мы карабкаемся по мокрым, гладким скальным участкам, на одном из которых навешана верёвка с узелками. Прошли успешно.

Начинаем подъём в гору. Выдерживаем обычный режим: 30 минут идём, 10 отдыхаем. Дождь постепенно закончился. Начало выглядывать приятно согревающее солнышко. За два получасовых перехода подходим к гольцовой зоне. Чувствуется резкое понижение температуры. Быстро начинаем переодеваться. Я снимаю мокрую футболку. Надеваю тёплый шерстяной свитер, ветровку и шапку.

Идём дальше. Наверху очень холодно, около 5 градусов ниже нуля. Но это нас не особенно беспокоит. Есть проблема похуже. Благодаря какому-то физическому явлению содержание кислорода в атмосфере резко понизилось. Если мы до этого свободно шли без перерыва по полчаса, то сейчас через сто метров останавливаемся, чтобы отдышаться. Дальше останавливаемся через 50 метров. Перед самым верхом делаем не более двадцати шагов за одну ходку. Перемещаться чрезвычайно тяжело. При остановке начинает сильно тянуть в сон. Поэтому необходимо идти дальше.

Наконец мы зашли наверх, и тут на мгновение мне показалось, что я очутился в сказке. Такого необычайно красивого пейзажа я не видел больше никогда. Летние и зимние горы, реки, озёра, Шумак, алтайские горные пейзажи и т.д. кажутся серыми в сравнении с той волшебной картиной, которая открылась перед нами. Вряд ли я смогу описать даже десять процентов того, что увидел.

Стопроцентная видимость. Никакой дымки. Ясно и отчётливо видны горные вершины Хамар-Дабана и Восточного Саяна, покрытые снегом. Чуть ниже начинается яркое, зелёно-желтое покрывало тайги. Внизу отлично виден бегущий пёстрой змейкой Хара-Мурин. Немного в стороне сразу бросается в глаза необъятный Байкал, который на горизонте сливается с ярко-синим небом. И всё это светится, блестит, переливается в тысячах цветах и цветовых оттенках в лучах медленно опускающегося к горизонту солнца. "Костян! Доставай фотоаппарат!" – переполненный какими-то непонятными чувствами, кричу я. Костян вытаскивает свою "мыльницу" (хорошую) и через минуту с досадой заявляет, что она не работает. Обидно, конечно, но ничего не поделаешь. Надо идти дальше.

Смотрим, что Серёга уже лёг отдохнуть и почти спит. Расталкиваем его и направляемся к спуску, по которому мы два дня назад сюда поднимались. На спуске замечаем, что начинает темнеть. Ускоряем темп. Главное уйти с гор. Внизу лес, воздух, тепло – жизнь.

Однако засветло добраться до поляны нам не удалось. Стемнело очень быстро. Приходиться прыгать в мокром каменном коридоре при отсутствии какой-либо видимости. Видно только сливающийся с темнотой распадок, по которому мы спускаемся. Мы с Андроном оторвались от Серёги с Костяном (они были полностью способны к автономности) и перемещались довольно быстро, как днём по просёлочной дороге. Я бежал первым, прыгая со скользких камней, как-то интуитивно чувствуя, куда нужно поставить ногу. Когда еле заметный силуэт горы, растворяющейся во мгле, начал уходить вправо, я понял, что мы приближаемся к отвороту на поляну. Но так как тропы в темноте не видно, сворачиваем приблизительно в нужном месте и начинаем пробираться напрямки через лес. Буквально через пару минут замечаем костёр, ускоряем темп и вот уже нас встречают Ватсон и Помпа горячим чаем с молоком и какой-то ужасной кашей (хотя тогда она показалась почти деликатесом).

Мы обмениваемся впечатлениями о том, как нас встретили горы. Оказалось, что им было намного хуже. Пока у нас шёл дождь, в горах была снежная пурга, в которую они и попали. На последних метрах перед вершиной Осиновского гольца, ничего не видя перед собой, Ватсон думал, что им конец. Но тут он заметил, что они вышли наверх и, воодушевившись, написал на снегу послание для своего старого друга Андрона, что-то вроде: "Андрон, живём".

Серёга и Костян сегодня так и не появились. Они сочли более удобным ночевать в палатке на 45-градусном склоне, чем спускаться в темноте по скользким камням. Тоже верно (менее приятно, но более безопасно). Утром они вышли к нам. Немного перекусив, мы собрали вещи и выдвинулись в деревню Солзан, откуда уехали домой.


Максим Марков
фото – общие силы группы
21 января 2004